ИСКУССТВО

ЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На этой странице выложена электронная книга Воспоминания автора, которого зовут Бларамберг Иван Федорович. В электроннной библиотеке LitKafe.Ru можно скачать бесплатно книгу Воспоминания или читать онлайн книгу Бларамберг Иван Федорович - Воспоминания без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Воспоминания равен 350.56 KB

Воспоминания - Бларамберг Иван Федорович => скачать бесплатно электронную книгу



Бларамберг Иван Федорович
Воспоминания
Бларамберг Иван Федорович
Воспоминания
1Так помечены ссылки на комментарии.
*1Так помечены ссылки на постраничные примечания.
Аннотация издательства: В своих воспоминаниях военный инженер генерал-лейтенант И. Ф. Бларамберг, полвека проведший на русской военной службе, рассказывает о путешествии в составе топографической экспедиции Г. С. Карелина на восточное побережье Каспийского моря в 1836 г., о пребывании в Персии и об участии в осаде Герата в 1837-1840 гг., о службе в Оренбурге в 1840-1855 гг.
Содержание
Жизнь и труды Ивана Федоровича Бларамберга
Глава I 1836 год
Глава II. 1837 год
Глава III. 1838 год
Глава IV. 1839 год
Глава V. 1840 год
Глава VI. 1841 год
Глава VII. 1842-1848 годы
Глава VIII. 1849-1855 годы
Комментарии и постраничные примечания
Жизнь и труды Ивана Федоровича Бларамберга
Общеизвестно, что в XVIII - первой половине XIX в. Россия была своего рода "землей обетованной" для всевозможных западноевропейских искателей легкой жизни, стремившихся к чинам, званиям и связанным с ними материальным благам. Однако наряду с великим множеством сиятельных придворных, свитских и иных генералов, государственных деятелей, ставивших интересы их "второго" отечества несравненно ниже своих личных, среди переселявшихся в Россию людей можно назвать и таких, которые объективно способствовали развитию ее экономики, военной и политической мощи, науки и культуры. К числу последних следует отнести и представителей семьи Бларамбергов.
В 1797 г. на российскую землю переселился уроженец Фландрии Иоганн Бларамберг (1772-1831), получивший здесь имя и отчество Ивана Павловича. Он служил вначале чиновником комиссии по составлению законов в Петербурге, а в 1808 г. переехал в Одессу, где последовательно выполнял обязанности прокурора коммерческого суда, таможенного инспектора Херсонской губернии, начальника Одесского таможенного округа. Однако имя И. П. Бларамберга начало приобретать известность лишь с того времени, когда он стал чиновником особых поручений при новороссийском генерал-губернаторе М. С. Воронцове. Объезжая по его заданиям край, И. П. Бларамберг заинтересовался археологией и сделал несколько важных для своего времени находок в этой области. Благодаря его хлопотам, поддержанным М. С. Воронцовым, на базе собранных Бларамбергом и его коллегами материалов в августе 1825 г. в Одессе и в июне 1826 г. в Керчи были открыты музеи древностей, работу которых в качестве директора и возглавил археолог-любитель. Одним из первых он начал исследовать нумизматику Ольвии и других древнегреческих поселений и выпустил несколько важных работ по археологии Причерноморья*1.
Найдя в России вторую родину, И. П. Бларамберг не порывал связей и со своими зарубежными родственниками. Он помог переселиться сюда 23-летнему племяннику Иоганну - будущему автору предлагаемых читателю воспоминаний, генерал-лейтенанту Ивану Федоровичу Бларамбергу (8.IV.1800-8.XII.1878)*2.
Хотя Иван Федорович родился во Франкфурте-на-Майне, он упоминал, что его семья "родом из Нидерландов, а именно из Лира, юго-восточнее Антверпена". Мальчик рано остался круглым сиротой и воспитывался у своей состоятельной тетки во Франкфурте-на-Майне. Он был очевидцем продвижения наполеоновских войск, в том числе "великой армии", шедшей на Москву, а также ее бесславного возвращения.
Уже накануне кончины Иван Федорович вспоминал о периоде господства Наполеона как о "времени величайшего унижения Германии", подчеркивая, что "поэтому было не удивительно то радостное волнение, которое всколыхнуло всю Германию, когда молниеносно разнеслась весть об уничтожении великой армии Французской империи на ледяных полях России. Удивлялись, сначала не верили и жили как вновь родившиеся на свет"*3. Ему довелось видеть и русские войска, следовавшие на Запад, чтобы довершить разгром Наполеона. Не исключено, что это также послужило каким-то дополнительным стимулом к переселению. Так или иначе, в 1819 г. Иоганн написал родственнику в Петербург о своем желании выехать в Россию, где уже находились все его близкие с отцовской стороны. В ответном письме дядя дал ему практический совет - изучить в каком-либо из немецких университетов право, с тем чтобы приехать в качестве юриста; при этом он обещал в дальнейшем позаботиться о племяннике.
В октябре 1820 г. юноша поступил в Гессенский университет, где слушал лекции по математике, статистике, а главное - по различным юридическим дисциплинам: правоведению, естественному, полицейскому праву и др. Уже здесь проявились определенные черты его характера, а вернее, мировоззрения: "добропорядочность", "добронравие", выражавшиеся в полнейшем почитании "установленных законов". Он подчеркивает в "Воспоминаниях", что в студенческие годы посвятил себя исключительно учебе, держась как можно дальше от "демагогических студенческих интриг", "студенческих союзов" и прочих крамольных вещей. Таким Иван Федорович остался до конца дней своих верноподданным прежде всего. За многие годы жизни в России, переезжая по служебным делам из одной области империи в другую, он, бесспорно, сталкивался со многими передовыми и прогрессивными деятелями, сосланными на окраины государства, но старался не сближаться с ними, чтобы - не дай бог! не навлечь на себя гнев властей предержащих.
Весной 1823 г. Иоганн появился в Петербурге, а затем отправился в Москву, где поселился у своих родичей, близ Сухаревой башни. Здесь он провел год, изучая русский язык, историю и географию, а также совершенствуясь во французской литературе, математике и рисовании: все это ему в дальнейшем очень пригодится. В 1824 г. Иоганн стал Иваном Федоровичем - он перешел в российское подданство.
Посетив своего дядю в Одессе, новый гражданин Российской империи в феврале 1825 г. перебрался в столицу и в марте был принят в число воспитанников Института Корпуса инженеров путей сообщения.
Это привилегированное учебное заведение возглавлялось членом царской семьи герцогом А. Вюртембергским и посещалось царскими детьми. По своей программе оно было сходно с парижской Политехнической школой, да и преподавание в "ем велось на французском языке. Разумеется, пребывание в таком институте дало возможность И. Ф. Бларамбергу завести круг влиятельных знакомств, что в дальнейшем не могло не благоприятствовать его карьере. 6 июня 1826 г. он окончил одним из лучших первый класс и получил чин прапорщика Корпуса путей сообщения. Так началась служба, которая длилась более полувека и была насыщена интересными и разнообразными делами и событиями, нашедшими отражение в "Воспоминаниях".
Зимой 1826/27 г. Бларамберг стал подпоручиком. Летом 1827 г. он проходит практику, участвуя в строительстве и выравнивании участков Московского шоссе между Тверью и Москвой. Через год Бларамберг окончил институт и получил чин поручика. Молодой военный инженер некоторое время провел в Петербурге, но вскоре приобретенные им знания понадобились вдали от столицы.
На протяжении почти всего XIX века царское правительство вело активную политику на Востоке. Одним из существенных аспектов международных отношений этого столетия являлось англо-русское соперничество в Азии. Стремление Российской империи обеспечить для себя свободный проход через черноморские проливы и укрепить свои позиции на Кавказе, в Малой Азии и на Балканах встречало упорное противодействие Османской империи, правящие круги которой были преисполнены решимости взять реванш за поражения, нанесенные русскими в предыдущих войнах. Эти противоречия длительное время порождали новые русско-турецкие войны. Обстановка на Среднем Востоке осложнялась притязаниями Ирана на независимый Герат, входивший некогда в состав обширной Персидской империи. Немало беспокойства доставляло царскому правительству положение на Кавказе, где оно вело военные действия против горцев. Петербург стремился укрепить свои позиции среди казахских племен, принявших российское подданство и подвергавшихся военно-политическому и экономическому нажиму Хивинского и Кокандского ханств. Наконец, русское правительство активно готовилось к продвижению в Среднюю Азию.
И. Ф. Бларамберг был непосредственным участником многих связанных с этим событий. Так, в период русско-турецкой войны 1828-1829 гг., а именно в январе 1829 г., он сопровождал из Петербурга в Одессу четыре гигантских гидравлических пресса для прессовки сена, необходимого сражавшимся в Болгарии кавалерийским частям. А во второй половине этого года он сам оказался на Балканах, где вместе с лейб-библиотекарем Седжером и художником Дезарно зарисовывал поля сражений, сцены боев и памятники архитектуры, а также собирал монеты, старое оружие и другие предметы старины. Составленный ими альбом из 50 рисунков, картин и надписей был впоследствии литографирован в Париже и раскуплен с молниеносной быстротой. "Отличное усердие и деятельность по службе" не прошли мимо внимания начальства: в марте 1830 г. поручик получил свой первый орден - Анны 3-й степени, а в апреле был переведен в Генеральный штаб и назначен в Отдельный Кавказский корпус*4.
Зачисление в действующие войска (именно этот корпус, как известно, осуществлял все операции против непокорных жителей Чечни, Дагестана и других горных районов Кавказа) давало возможность отличиться и добиться дальнейшего продвижения по службе. Уже летом 1830 г. И. Ф. Бларамберг принимал непосредственное участие в экспедициях против горцев, преимущественно в роли офицера Генштаба. Он подготавливал планы и карты местностей, выступал в качестве руководителя саперных работ, взрывая опорные пункты неприятеля, составлял дислокацию войск, а иногда и сражался вместе с другими офицерами и солдатами.
Нечего и говорить, что этот человек, некогда опасавшийся "демагогических студенческих интриг", в отличие от многих прогрессивно настроенных современников не сочувствовал справедливому делу горцев. Для него они были "мятежниками, которые бунтовали против законных властей" и вполне заслуживали самого сурового обращения.
Царское правительство отметило усердие молодого офицера, наградив его за участие в кавказских походах орденом Владимира 4-й степени и золотой шпагой "за храбрость".
В 1832 г. И. Ф. Бларамберг получил чин штабс-капитана и был назначен помощником начальника III отделения канцелярии генерал-квартирмейстера Главного штаба. Теперь ему предстояло исполнять в столице чисто генштабистские функции, в том числе обобщать опыт сражений, изучать театр военных действий и соседние территории. Бларамбергу было поручено составить описание Кавказа. На протяжении 1832-1833 гг. он выполнил обширную работу на эту тему, за что получил крупное денежное вознаграждение и орден Станислава 3-й степени. В 1836 г. ему был присвоен чин капитана.
С этого времени (т. е. с 1836 г.) он получает более серьезные и самостоятельные задания, начинают появляться его первые печатные труды. Работы И. Ф. Бларамберга привлекают внимание как серьезное дополнение к имеющимся далеко не исчерпывающим сведениям по истории, географии, этнографии восточных окраин Российской империи. Иными словами, его деятельность постепенно выходит за ведомственные рамки, а выпускаемые труды - за пределы служебной переписки. Военный превращается в исследователя, научные заслуги которого находят признание в стране.
Однако вернемся к 1836 году.
Петербург стремился к укреплению и расширению торговых связей со среднеазиатскими ханствами - Бухарой, Хивой и Кокандом, рассчитывая экономическими методами добиться роста своего политического влияния в них. Среди стоявших на этом пути трудностей немалое значение имели такие факторы, как неизученность территории Казахстана, разделявшего Россию и Среднюю Азию, а также набеги на торговые караваны отрядов хивинцев и отдельных казахских родов, которых подстрекала Хива*5.
В связи с этим выдвигались различные проекты развития торговли со Средней Азией, в том числе через Волгу и Каспийское море. Это сократило бы стоимость перевозки грузов, облегчило бы установление сношений с туркменскими племенами, а главное - дало бы возможность миновать места, где торговые обозы подвергались наибольшей опасности. Но реализация таких планов затруднялась недостаточной осведомленностью о восточном побережье Каспия. В XVIII в. состоялись лишь разрозненные экспедиции в этот район (А. Бекови-ча-Черкасского в 1715-1717 гг., А. И. Кожина в 1716-1718 гг., Ф. И. Соймонова в 1717-1726 гг., М. Ладыженского в 1764 г. и М. И. Войновича в 1781-1782 гг.); систематическое же исследование началось в 20-30-х годах XIX в. В 1819-1821 гг. туда, а затем и в Хивинское ханство был отправлен капитан Генерального штаба Н. Н. Муравьев, а в 1825-1826 гг. - натуралист Э. И. Эйхвальд.
Однако основные заслуги в области изучения восточного и южного побережий Каспийского моря принадлежат чиновнику министерства иностранных дел, видному путешественнику Г. С. Карелину. В течение 1832-1836 гг. он возглавил три крупные экспедиции в район Каспийского моря. В состав последней из них (1836 г.) входил и капитан Генштаба И. Ф. Бларамберг. Путешествие принесло важные результаты. Оно позволило существенно уточнить имевшиеся карты восточного побережья Каспия, направление течения и устья рек Атрек и Горган, границу между Туркменией и Ираном, лучше ознакомиться с физическими особенностями старого русла Амударьи - Узбоя. В целях развития торговли изыскивались места для строительства новых пристаней, собирались важные статистические, физико-географические и топографические данные, а также этнографические сведения о туркменском населении прибрежной территории.
Во всем этом немалое значение имела деятельность Бларамберга, ибо в основном ему, генштабисту, поручалось заниматься названными сюжетами. Его несомненной заслугой следует считать и то, что он первый опубликовал обстоятельную работу об экспедиции 1836 г., познакомив российскую и мировую общественность с ее результатами. В 1850 г. в издании Русского географического общества были напечатаны его "Журнал, веденный во время экспедиции для обозрения восточных берегов Каспийского моря в 1836 году"*6, а также "Топографическое и статистическое описание восточного берега Каспийского моря от Астрабадского залива до мыса Тюб-Караган"*7. Первая из этих публикаций содержит подробный и последовательный рассказ о действиях участников поездки, своего рода ее дневник; вторая интересна материалами по истории и этнографии туркмен, географическими сведениями об их землях, природных ресурсах и т. п. "Топографическое и статистическое описание..." высоко оценил выдающийся знаток Средней Азии И. В. Мушкетов*8.
Можно предположить, что и правительство было удовлетворено трудолюбием И. Ф. Бларамберга и его пониманием поставленных перед ним задач. Ибо не успел капитан покинуть каспийские берега, как получил предписание от 18 января 1837 г., по которому он назначался адъютантом генерал-майора графа Симонича.
Не менее колоритная фигура - далматинец на русской службе, графский титул которого подвергался сомнению, - И. О. Симонич с 1832 г. находился на чрезвычайно ответственном с внешнеполитической точки зрения посту "российско-императорского полномочного министра при тегеранском дворе", т. е. посла в Иране. Именно Тегеран был местом скрещения острейших противоречий между Петербургом и Лондоном на Востоке.
К 1837 г. отошла в прошлое враждебность в русско-иранских отношениях, характерная для первой трети XIX в. и всячески провоцировавшаяся Британской империей. Царское правительство содействовало восшествию на престол Мохаммед-шаха и поддерживало некоторые его замыслы. Одним из наиболее сокровенных среди них было стремление вернуть под свой контроль некогда принадлежавший Ирану Герат, этот, по определению Ф. Энгельса, стратегический центр "всей области, лежащей между Персидским заливом, Каспийским морем и рекой Яксартом (Сырдарьей. - Н. X.) на западе и севере и рекой Индом на востоке..."*9.
В 1837 г. войска Мохаммед-шаха осадили Герат. По просьбе шаха царское правительство согласилось помочь ему военными советниками, и 9 апреля 1838 г. в шахский лагерь под Гератом прибыл Симонич со своими подчиненными. Среди них был и Бларамберг, которому, по всей вероятности, предназначалось ведущее место в консультировании иранских военачальников. Это оказалось нелегким делом. Армия шаха была подготовлена из рук вон плохо. Ее техническое превосходство над противником использовалось крайне слабо. Не очень опытные военачальники были склонны к авантюрам и т. д. Впрочем, об этом достаточно подробно и обстоятельно пишет сам Бларамберг. К сказанному в его "Воспоминаниях" следует добавить, что британские власти предприняли сильнейший нажим на Петербург, обвиняя Россию в намерении установить свое единоличное господство на Среднем Востоке, чтобы угрожать английским владениям в Индии. Одновременно на иранской территории был высажен английский десант, а агенты Лондона всячески укрепляли обороноспособность Герата.
В итоге шах был вынужден отказаться от своих планов и увести войска от спорного города. В какой-то мере отступило и царское правительство. Оно отправило в Англию примирительную ноту и отозвало И. О. Симонича, ставшего, таким образом, "козлом отпущения"*10. И. Ф. Бларамберг еще некоторое время оставался в Тегеране. Он посылал оттуда своему непосредственному начальству в Генеральном штабе интересные сообщения о положении в Иране, в частности об активной деятельности там и в Афганистане британских агентов. Бларамберг предостерегал Петербург, сообщая о том, что Англия усиливает экономическую экспансию на Среднем Востоке и в Средней Азии. "...Главная цель английского правительства, - писал он, - приобресть свободное плавание по Инду и посредством пароходов открыть обильный сбыт своим изделиям, наполнить ими Афганистан, Хорасан, Туркмению, Бухару и вообще всю Среднюю Азию, и в таком случае все обороты нашей Нижегородской ярмарки пришли бы в совершеннейший упадок..." Англия стремится полностью захватить Афганистан - точно квалифицировал Бларамберг сложившуюся на Среднем Востоке обстановку. Для этой цели она использует изгнанного из Афганистана еще в 1809 г. Шуджу уль-Мулька, "человека без воли и ума". Тогда и Пенджаб, "с трех сторон окруженный владениями Англии, будет принужден согласоваться более или менее с их (англичан. - Н. X.) видами. В это время для них откроется свободное плавание по Инду, а для нас - великий подрыв во всех торгооборотах".
Эти выдержки взяты из подготовленной И. Ф. Бларамбергом в феврале 1839 г. и отправленной из Тегерана в Петербург докладной записки под названием "Взгляд на современные события в Афганистане"*11. Ее анализ дает основания для твердого вывода: за относительно короткий срок своего пребывания в Иране он очень хорошо разобрался в далеко не простой военно-политической и экономической ситуации в этих краях, серьезно и обоснованно беспокоившей русское правительство. Отметим, что весной 1839 г. огромная по тем временам британская армия вторглась в Афганистан - началась первая англо-афганская война (1839-1842 гг.).
Столь же содержательны были и присланные им "Сведения об Хоросане, Четырех Оймаках (чор-аймак, или "четыре племени", - так именовались в Афганистане таймени, теймуры, джамшиды и фирузкухи. - Н. X.), гезаре (т. е. хазарейцах. - Н. X.), узбеках, Сеистане, Белуджистане и Афганистане"*12, о различных событиях на Среднем Востоке, в частности о британских военных действиях против Ирана. Капитан-генштабист проявил себя вдумчивым наблюдателем. Он, к примеру, констатировал: "Истощение (иранской. - Н. X.) государственной казны ужасно... Правители областей должны правительству до 24 миллионов (туманов. - Н. X.), в издержке которых они не представили никакого отчета. К подобному грабительству государственных доходов, которого шах не в состоянии прекратить, присоединяется еще другое зло - это разорительная для Персии торговля с англичанами. Правительство, хотя и знает весь ущерб, происходящий от этой торговли, но опасается запретить ввоз английских товаров, дабы тем не запутать еще более дел с англичанами, и без того уже сложных и затруднительных"*13.
К концу 1839 г. И. Ф. Бларамберг осмыслил и обобщил материалы, связанные с борьбой за Герат. 14 января 1840 г. он отправил в Петербург обстоятельную записку "Осада города Герата, предпринятая персидской армией под предводительством Магомед-шаха в 1837 и 1838 годах"*14. Этот документ был опубликован через 55 лет, в период очередного обострения англо-русских противоречий на Среднем Востоке, в закрытом издании Военно-ученого комитета Главного штаба - "Сборнике географических, топографических и статистических материалов по Азии"*15 - вместе с некоторыми другими собранными Бларамбергом в свое время сведениями.
Впрочем, на этом его роль в пополнении имевшихся в России данных о ее южном соседе далеко не была исчерпана. В 1841 г. он подготовил "Статистическое обозрение Персии"*16. Эта работа, увидевшая свет в 1853 г., представляла собой своего рода энциклопедию по различным вопросам географии, экономики, административного устройства Ирана, настоящий справочник, наполненный самыми разнообразными таблицами, множеством цифр и всевозможных данных.
Чтобы дать представление о настойчивости и добросовестности, проявленных И. Ф. Бларамбергом, например, при сборе материалов о персидской торговле, подчеркнем, что он не только опрашивал российских консулов в Тебризе и Гиляне, но и беседовал с иностранными купцами, посещавшими Тебриз, глубоко интересовался товарооборотом крупнейших иранских морских портов Бендер-Аббаса и Бендер-Бушира, о которых его информировали служащие местных таможен.
Населяющие Иран племена и земельные отношения, средства транспорта и дороги, "духовенство и влияние его на народ", "исчисление 29 областей Персии, с показанием уездов, главных городов и их доходов" (причем все это описывается весьма детально) - трудно, кажется, найти какую-нибудь сторону жизни страны, которая не привлекла бы острого взора автора. Он касается, хотя и в меньшей степени, и отдельных исторических сюжетов, а также британского проникновения в Иран, носившего различные формы. Бларамберг дает любопытное "Прибавление IV. Именной список английских офицеров, находившихся в персидской службе с 1834 по 1838 год, с означением жалованья и других выгод, полученных ими от Мухаммед-Шаха"*17.
Как и описание Кавказа, "Статистическое обозрение Персии" было высоко оценено правительством: И. Ф. Бларамберг получает следующий орден и денежные пожалования. Эти награды как бы подытожили связанную с Ираном деятельность молодого подполковника (с 14 марта 1839 г.), ибо в марте 1840 г. он получает приказ об откомандировании в Отдельный Оренбургский корпус.
Полтора десятка лет длится пребывание И. Ф. Бларамберга в азиатских губерниях Российской империи, на путях в среднеазиатские ханства, в главном городе и опорном пункте, через который осуществлялись сношения с ними, Оренбурге. Он уже пользуется полным доверием начальства. Ему поручают ответственные самостоятельные задания. Так, не успел Бларамберг 17 января 1841 г. прибыть к новому месту службы, как был поставлен во главе крупного военного отряда. Ему поручалось охранять на опасном отрезке пути - до реки Сырдарьи - сразу две дипломатические миссии - К. Бутенева, следовавшую в Бухару, и П. Никифорова, направлявшуюся в Хиву (май - июль 1841 г.).
С этим заданием И. Ф. Бларамберг успешно справился. Более того, на пути следования он приступает к сбору материалов о безбрежных степях Казахстана и их населении, так же как и о смежных с ними собственно российских губерниях. Его деятельность находит дальнейшее признание. С апреля 1843 г. Бларамберг исполняет обязанности обер-квартирмейстера Отдельного Оренбургского корпуса, а с апреля 1845 г. он уже полковник и полноправный обер-квартирмейстер.
Стоит подчеркнуть, что деятельность И. Ф. Бларамберга получает должную оценку не только со стороны официальных властей. После того как в августе 1845 г. было создано Русское географическое общество, которое внесло огромный вклад в изучение России и других стран, двое из его основателей, Ф. П. Литке и Ф. П. Врангель, 7 октября 1845 г. рекомендовали в действительные члены Общества "полковника Генерального штаба Ивана Федоровича Бларенберга (так в тексте. - Я. X.) в Оренбурге"*18. Такая рекомендация означала почти автоматическое избрание. Действительно, вскоре в Оренбург прибыло письмо непременного секретаря Академии наук и Географического общества акад. П. Н. Фуса. "Русское географическое общество, - гласило оно, - желая пользоваться просвещенным участием Вашим в трудах своих на пользу науки, избрало Вас, милостивый государь, в действительные члены свои".
С этого времени научная деятельность И. Ф. Бларамберга была тесно связана с этим объединением отечественных географов. Читателю теперь становится более понятным, почему именно в изданиях Общества публиковал он свои работы, по мере того как они теряли свою служебную секретность. А порой руководители этой научной организации сами проявляли инициативу и настойчивость, добиваясь передачи им того или иного труда для обнародования. "Статистическое обозрение Персии", по словам многолетнего руководителя Русского географического общества П. П. Семенова (впоследствии Тян-Шанского), находилось в архиве Главного штаба и считалось секретным "до тех пор, пока Обществу не удалось получить его для напечатания"*19.
В 40-е годы Бларамберг по своим служебным обязанностям непрерывно разъезжает по землям Оренбуржья и Казахстана (или Киргизской степи, как тогда именовали Казахстан). Он осматривает берега рек Тобола, Большого, Аята, Иргиза, Темира, Эмбы, а также Мугоджарские горы, определяет места для возведения укреплений, проводит топографические съемки, изучает быт и нравы населения. Собирает и другие сведения самого различного характера: они пригодятся для будущих исследований.
И такие исследования он систематически подготавливает к печати. Еще в 1848 г. в большой серии "Военно-статистического обозрения Российской империи" выходит составленное им совместно с офицерами Герном и Васильевым "Военно-статистическое обозрение Оренбургской губернии"*20. Аналогичный труд был осуществлен им также по Вятской и Казанской губерниям. Составленные по определенной схеме, они освещали особенности той или иной местности, ее административное деление и управление, пути сообщения, население и т. д. Особое внимание уделялось экономике области, ее промышленности, сельскому хозяйству, промыслам и ремеслу, торговле. Специальный раздел посвящался расположенным в губернии войскам, их состоянию, обученности, снабжению продовольствием и т. п.
Бларамберг не только проводил рекогносцировки, но и руководил строительством укреплений. В частности, именно он основал форт Раим, ныне г. Аральск.
Для нас, востоковедов, наибольший интерес из специальных работ Бларамберга имеет "Военно-статистическое обозрение земель киргиз-кайсаков (т. е. казахов. - Н. X.) Внутренней (Букеевской) и Зауральской (Малой) орды Оренбургского ведомства по рекогносцировкам и материалам, собранным на месте, составленное обер-квартирмейстером Оренбургского корпуса Генерального штаба полковником Бларамбергом"*21. Это важный и интересный источник, характеризующий положение значительной части казахов в середине XIX в. Автор рассказывает о природных ресурсах Казахстана (преимущественно Северо-Западного), происхождении и родовом делении населения (хотя подчас его объяснения выглядят несколько наивными и поверхностными), особенностях его экономического развития, торговых связях, отношениях с царскими властями и т. п. Подобно предыдущим работам Бларамберга, этот труд насыщен обширным статистическим материалом, а частности о торговле.
При усиливавшемся экономическом отставании России от передовых стран Европы в ней все же интенсивно развивалась. в те годы промышленность, в том числе капиталистическая, и потребность в рынках сбыта для ее увеличивавшейся продукции приобретала особое значение. Государства Средней Азии привлекали в этом плане существенное внимание господствующих кругов империи. Проложить туда дорогу российским товарам входило в непосредственную задачу оренбургских властей, в первую очередь генерал-губернатора В. А. Перовского, прекрасно понимавшего цели политики Петербурга.
Но на берегах Сырдарьи (автор "Воспоминаний" часто именует ее так, как она называлась в книгах древних географов, - Яксартом), вверх по ее течению, расположились гарнизоны кокандского хана. И первым серьезным военным укреплением на пути русских была крепость Ак-Мечеть (ныне г. Кзыл-Орда). Летом 1852 г. В. А. Перовский двинул против нее отряд под командованием И. Ф. Бларамберга. Формально, для "верховного начальства", перед обер-квартирмейстером Отдельного Оренбургского корпуса ставились лишь "рекогносцировочные" цели. По существу же он должен был при благоприятных обстоятельствах овладеть Ак-Мечетью.
Обстоятельства сложились неблагоприятно. Кокандцы стойко сопротивлялись, а у Бларамберга оказалось недостаточно сил. В итоге он смог лишь разрушить некоторые укрепления, а также две мелкие соседние крепостцы и вернулся в Оренбург. Но претензий к нему у генерал-губернатора не было. Привезенные им разведывательные данные позволили Перовскому, лично возглавившему в следующем, 1853 г. новый поход на Ак-Мечеть, захватить ее и открыть царским войскам дорогу для широкого продвижения в дальнейшем в глубь Средней Азии.
За отличия в военных действиях против Коканда И. Ф. Бларамберг был в октябре 1852 г. произведен в генерал-майоры, а через три года (декабрь 1855 г.) переведен в Петербург в распоряжение военного министра и генерал-квартирмейстера Главного штаба. Покинув Оренбург, он навсегда расстался с Азией, с практической деятельностью на Востоке.
Началась типичная "столичная жизнь" царского генерала. Балы, рауты, смотры, встречи с "его императорским величеством" и т. п. Тем не менее И. Ф. Бларамберг продолжал успешно трудиться в области географии, топографии и геодезии. В марте 1856 г. он был назначен членом Комитета для составления общего хода почт в империи, а в ноябре того же года - директором Военно-топографического депо. На последнем посту он успешно работал над подготовкой и выпуском в свет "Записок" упомянутого депо. В этом специальном мало известном сейчас издании печатались богатейшие материалы о всевозможных географических, геодезических, астрономических, барометрических исследованиях, тригонометрических измерениях, а порой публиковались и исторические документы.
В последних можно встретить небезынтересные сведения и о некоторых районах, областях и странах Азии. Так, в частях XIX - XXI "Записок Военно-топографического депо" за 1857-1859 гг., т. е. когда им непосредственно руководил И. Ф. Бларамберг, освещался ход турецко-персидского разграничения (в нем участвовала Россия), рассказывалось об "астрономических и барометрических наблюдениях", в том числе произведенных в Европейской Турции, на Кавказе и в Малой Азии в 1828-1832 гг., о тригонометрических работах в Азиатской Турции. Здесь же нашло место "Описание войны, последовавшей в 1711 году между Российскою Империею и Оттоманскою Портою" и др. Эти "Записки" уже официально значатся изданными "директором Военно-топографического депо генерал-майором Бларамбергом 2" (Бларамбергом 1-м был его дядя).
Находясь в Петербурге, И. Ф. Бларамберг мог принимать более активное участие в занятиях Русского географического общества. Он неоднократно входил в состав ревизионных комиссий Общества, а в 1857 г. возглавил "особую Комиссию из членов, специально знакомых с той или другой частью предпринятого труда, для всестороннего и тщательного обсуждения всех разнообразных подробностей составления и издания Генеральной карты России, всех предметов, которые в нее должны войти, хозяйственной части предприятия и, наконец, для постоянного ученого наблюдения за ходом работ на будущее время, до окончательного выпуска ее в свет".
Речь шла, как читатель, видимо, понял из довольно сложной фразы, об исключительно важном деле - подготовке Генеральной карты Российской империи, и автор приведенных выше строк, фактический руководитель Географического общества П. П. Семенов, подчеркивал, что И. Ф. Бларамберг "с особенной любовью принял все это дело под ближайшее свое руководство и наблюдение"*22.
К началу 1863 г. работа над картой была завершена. Несмотря на серьезные недостатки, выявленные тем же П. П. Семеновым, она "была все-таки, бесспорно, не только лучшей, но и, можно сказать, единственной в то время генеральной картой России и до такой степени удовлетворяла общественному спросу, что первое ее издание (1000 экз.) разошлось очень быстро, а затем, так как спрос на карту не прекращался, Общество продолжало издавать ее с необходимыми исправлениями..."*23.
Уже то обстоятельство, что именно Бларамбергу было поручено возглавить подготовку столь ответственного труда, убедительно свидетельствует, что он был одним из крупнейших знатоков картографии. Это было действительно так. За его плечами был богатейший опыт геодезических и других изысканий в данной области. Этот опыт пополнялся. Так, в 1860 г. Бларамберг провел пять месяцев за границей, знакомясь с "современным состоянием" картографических работ в Западной Европе.
К середине 60-х годов И. Ф. Бларамберг достиг вершины своей служебной карьеры. В апреле 1862 г. он был произведен в генерал-лейтенанты; в декабре 1863 г. его назначили управляющим Военно-топографической частью Главного управления Генерального штаба, а в январе 1866 г. - начальником Военно-топографического отдела Главного штаба и начальником Корпуса военных топографов.
Но активная деятельность Бларамберга подходила к концу. Он часто болел. Прошло немногим более года после назначения на последний пост, как в марте 1867 г. он уволился в годичный отпуск за границу, был оставлен в штатах Генерального штаба, но отчислен от всех должностей. Правда, несмотря на это, Бларамберг продолжал служить своему делу: в марте того же 1867 г., "во время нахождения в отпуске", ему было поручено наблюдение на Всемирной выставке в Париже за отправленными туда картографическими и фотографическими работами Военно-топографического отдела Главного штаба, а также изучение "новейших усовершенствований" в области военной топографии.
Он участвовал в работе Общества для содействия русской промышленности и торговле - организации российских предпринимателей, одной из задач которой являлось закрепление за отечественной буржуазией среднеазиатских рынков и удобного доступа ,к ним. Однако сам Бларамберг не принадлежал к числу предпринимателей. Его влекли к Обществу чисто профессиональные интересы: он посещал лишь заседания 4-го отделения его комитета*24, которое занималось вопросами торгового мореплавания и путей сообщения.
В январе 1869 г. Бларамберг стал членом Военно-ученого комитета Главного штаба, а в октябре 1869 г. - членом Комиссии при Военном министерстве для распределения пособий. Скучное занятие для человека, странствовавшего по Кавказу и Закавказью, боровшегося со штормами Каспия, осаждавшего Ак-Мечеть и ставившего триангуляционные вышки в самых различных уголках Азии.

Воспоминания - Бларамберг Иван Федорович => читать онлайн книгу далее

Комментарии к книге Воспоминания на этом сайте не предусмотрены.
Было бы прекрасно, чтобы книга Воспоминания автора Бларамберг Иван Федорович придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете порекомендовать книгу Воспоминания своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Бларамберг Иван Федорович - Воспоминания.
Возможно, что после прочтения книги Воспоминания вы захотите почитать и другие книги Бларамберг Иван Федорович. Для этого зайдите на страницу писателя Бларамберг Иван Федорович - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Воспоминания, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Бларамберг Иван Федорович, написавшего книгу Воспоминания, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Воспоминания; Бларамберг Иван Федорович, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно