ИСКУССТВО

ЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Адлер Элизабет

Достояние леди


 

На этой странице выложена электронная книга Достояние леди автора, которого зовут Адлер Элизабет. В электроннной библиотеке LitKafe.Ru можно скачать бесплатно книгу Достояние леди или читать онлайн книгу Адлер Элизабет - Достояние леди без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Достояние леди равен 501.11 KB

Достояние леди - Адлер Элизабет => скачать бесплатно электронную книгу



Larisa_F
«Достояние леди»: ОЛМА-Пресс; Москва; 1995
ISBN 5-87322-142-1
Аннотация
Подлинный герой романа Элизабет Адлер «Достояние леди» – Время, преломленное в истории фамильного изумруда.
Причудливо складываются судьбы людей, обагренные Октябрем 1917 года.
Простой «маленький человек» попадает в жернова стратегических интересов Великих держав.
Элизабет Адлер
Достояние леди
ПРОЛОГ
Бангкок
Такси затормозило у входа в отель «Ориенталь». Из него вышла высокая, длинноногая девушка. Иссиня-черные волосы спадали на плечи, в ее лице сошлись европейские и азиатские черты. Невзирая на удушливый зной, она была одета в дорогое льняное платье, голову покрывала широкополая шляпа.
Войдя в широкие двери отеля, девушка прошла мимо журчащего фонтана, скользнула взглядом по квартету, наигрывавшему что-то камерное, и направилась к расположенной в глубине холла торговой аркаде.
– Моя сестра оставила здесь сверток, – объяснила она продавщице антикварного магазинчика, – и попросила меня забрать его.
Через некоторое время девушка, неся в руке сумку с надписью «Шелка, Магазин Джима Томпсона», вышла из антикварной лавочки и направилась на усаженную цветущими орхидеями террасу, нависавшую прямо над берегом реки Чао-Прайа. Девушка села за столик, поставила сумку на пол, велела официанту принести чаю и принялась разглядывать оживленный поток машин. Вскоре официант вернулся, неся на подносе чашку ароматного напитка, девушка не спеша выпила чай, посидела еще минут пятнадцать и спустилась по широкой лестнице прямо к воде. Она подошла к речному такси и попросила отвезти ее в центр города.
Когда девушка сошла на берег, от ее неторопливости не осталось и следа: она спешила. Быстро поймала такси:
– К отелю «Дусит Танай», пожалуйста, поскорее!
Зайдя в туалет отеля, она быстро переоделась в простую белую футболку и джинсы, аккуратно сложила свое дорогое платье и засунула его в пакет. Потом собрала волосы в хвостик, перехватив его белой резинкой, подвела губы яркой помадой. Выйдя на улицу с черного хода, надела дорогие солнцезащитные очки – даже издали было ясно, что это не какая-нибудь восточноазиатская подделка – поймала еще одно такси и попросила отвезти ее на Патпонгское шоссе.
Услышав адрес, шофер ухмыльнулся: он хорошо знал, что это за район. Патпонг – квартал кабаков под красными фонарями, клубов с сомнительной репутацией, массажных салонов, секс-шопов… Приличные девушки не ездят в Патпонг. Может быть, красавица согласится завернуть в одно местечко поближе, подумал шофер. Увы – незнакомка упорно не реагировала на его попытки завязать беседу и двусмысленные улыбки. Шофер высадил девушку на углу, получил небольшие чаевые и поехал дальше. Девушка уверенно вошла в узенький проулок, свернула за угол и остановилась у входа в обшарпанное серое здание, зажатое между других, мало чем отличавшихся с виду домов. Она пробежала глазами по прибитой к дверному косяку табличке, облегченно вздохнула и, минуя кабинеты врачей, обещавших за скромную плату навсегда избавить своих клиентов от венерических заболеваний, устремилась по узкой лестнице на второй этаж. Она нажала кнопку переговорного устройства, дождалась ответа и тихо назвала свое имя. Дверь тотчас же открылась, девушка проскользнула внутрь.
За дверью был узкий полутемный коридор, пропахший мочой и химикалиями. В конце коридора виднелась еще одна дверь. Твердой походкой она прошла вперед и с силой толкнула дальнюю дверь.
Маленькая, но довольно мощная лампа была направлена на рабочий стол, поэтому человек, сидевший за ним, оставался в тени. Даже при таком освещении можно было заметить, что это – огромный детина. В его облике было что-то карикатурное. Он поднял взгляд от рассыпанных по столу блестящих камней и произнес:
– Проходите, садитесь.
Теперь девушка могла как следует рассмотреть его. Он напоминал старого кабана: маленькие, заплывшие жиром глазки, приплюснутый нос, тройной подбородок.
Уставившись на севшую напротив девушку, неприветливым тоном процедил:
– Я весь внимание. Не теряйте времени. Девушка достала из сумки маленький кулек из черной оберточной бумаги – он был спрятан среди кусков яркого тайского шелка – и протянула его толстяку:
– Я и не теряю, мистер Эбисс.
Эбисс стал поспешно разворачивать кулек. Девушка заметила, что при виде содержимого пакета он вздрогнул. Испытующе посмотрев на незнакомку, опустил лампу к самому столу. Вставив в правый глаз ювелирную лупу, он принялся вертеть драгоценность в своих жирных волосатых пальцах – паук, поймавший в сети прекрасную хрупкую бабочку! Несколько минут Эбисс был полностью поглощен драгоценностью – наконец он убрал из глаза лупу и положил камень на небольшой квадратный кусочек черного бархата. Откинулся на спинку скрипучего кресла и сложил руки на животе. Голубые глаза девушки были устремлены на ювелира. Наконец он заговорил:
– Во всем мире существует лишь один изумруд такого размера и… и такого качества. Но он уже давно считается пропавшим. Да, более семидесяти лет об этом камне никто не слышал. Нельзя ли поинтересоваться, каким образом он попал к вам?
Девушка пожала плечами:
– К сожалению, нельзя. Могу сказать одно: я работаю не одна. И мои коллеги будут очень признательны, если вы согласитесь нам помочь.
Наступила минутная пауза. Ювелир еще раз внимательно посмотрел на девушку, потом на огромный изумруд, лежавший на столе.
– Великолепная страза, – произнес он наконец. – Боюсь, что мне здесь делать нечего. Камень не нуждается в какой-либо дополнительной обработке. А что бы вы, собственно говоря, хотели?
Девушка наклонилась к столу, провела по камню длинным, ярко накрашенным ногтем и сказала:
– Этот камень надо разрезать на две равные части. Из одного изумруда нужно сделать два.
Ювелир с ужасом уставился на девушку – наверное, ее просьба показалась ему безумной:
– Разрезать такой камень?! Да в своем ли вы уме?! – он открыл ящик стола, достал оттуда початую бутылку виски и маленький грязный стакан, отвинтил пробку, налив до краев, поднес ко рту. Когда он пил, девушка обратила внимание, что рука ювелира дрожит. Вот почему мистер Эбисс – один из искуснейших мастеров по огранке камней – вынужден доживать свой век в этой вонючей каморке в Бангкоке. Ювелир с трясущимися руками – кому он теперь нужен?! Вот и пришлось великому мастеру расстаться с роскошными апартаментами в Париже и перебираться сюда, в Юго-Восточную Азию. Но как бы то ни было, только Эбисс мог выполнить ее поручение, и незнакомка знала это. Обращаться к ювелиру с просьбой разрезать самый крупный в мире изумруд – рискованное дело, но те, кто решился на этот шаг, обдумали все «за» и «против». Теперь требовалось только одно: добиться согласия Эбисса.
– Я знаю этот изумруд, – проговорил Эбисс, снова взяв со стола камень. – В последний раз его видели в Европе восемьдесят лет назад – когда Большая Диадема была продана на аукционе и отдана на переделку. Изумруд весом в девяносто карат… такой формы, такой огранки… Он уникален.
– Да, он уникален. Именно поэтому его очень легко узнать, и мы просим вас сделать два изумруда, мистер Эбисс – в этом случае опознать камень окажется практически невозможно, а цена каждого все равно будет составлять миллионы долларов.
В его маленьких глазках вспыхнула жадность. Он снова вертел в руках дивный камень, снова рассматривал его в увеличительное стекло.
В напряжении девушка следила за ювелиром. Как важно было для нее его согласие! Она приехала сюда, на край света, только ради этого. Да, у старика Эбисса вот уже двадцать лет тряслись руки, но все равно – именно этот грузный больной человек – он, и никто другой – мог выполнить эту работу.
– Мы вам хорошо заплатим, – сказала она вкрадчивым голосом. – Семь процентов от стоимости камня.
Их взгляды встретились.
– Ничего не могу вам гарантировать, – ответил Эбисс. – Вам, должно быть, известно, что изумруды – самые хрупкие камни на свете. Один неверный удар – и это чудо превратится в крошки, пригодные разве что для дешевых сережек. И потом, как бы ни были дороги два изумруда по сорок пять карат – они все равно будут намного дешевле одного такого камня!
Девушка вытерла платком пот со лба: в мастерской Эбисса не было кондиционера – стояла ужасная духота, посетительнице хотелось поскорее закончить разговор и выйти из смрадного помещения.
– Сколько вам нужно времени? – резко спросила она.
Ювелир прищурил свои свинячьи глазки и лукаво улыбнулся.
– Пятнадцать процентов. – Он закашлялся. Девушка пристально посмотрела на него: они уже испробовали двух ювелиров – одного в Амстердаме, другого – в Израиле. Ни один из них не согласился взяться за такую работу. Если откажется Эбисс – больше обращаться будет не к кому.
– Десять процентов, – проговорила она, поднимаясь со стула. Ее взгляд был устремлен на жирную дрожащую руку, сжимавшую бесценный изумруд. – Не знаю, может, нам стоит обратиться к кому-нибудь из амстердамских мастеров.
– Хорошо, десять, – Эбисс решил больше не торговаться.
– В вашем распоряжении один месяц, – сказала девушка, поднимая с пола сумку.
– Месяц?! – задохнулся ювелир. – Совершенно невозможно. Мне нужно исследовать камень, я должен рассмотреть каждый микрон. На это уйдет никак не менее года.
– Один месяц и десять процентов. Таковы мои условия. Вы согласны или нет?
Девушка нетерпеливо барабанила пальцами по крышке стола, пока ювелир озадаченно смотрел на нее. Наконец его губы вытянулись в некое подобие улыбки:
– Ну что ж, давайте попробуем… Девушка кивнула и взялась за дверную ручку:
– Мы умеем быть благодарными, мистер Эбисс. Если вы не станете жадничать сверх меры, вы сможете стать очень богатым человеком. – Она снова посмотрела в глаза ювелиру. – А если вы все-таки пожадничаете – пеняйте на себя. Мои друзья знают, как поступать в подобных случаях!
С этими словами она поспешно перешагнула через порог мастерской, захлопнула за собой дверь и, опрометью миновав полутемную лестницу, исчезла во тьме бангкокской ночи.
ЧАСТЬ 1
ГЛАВА 1
Москва
По одной из московских магистралей ехал черный «ЗИЛ». Огромный лимузин несся в сторону Кремля, не обращая внимания на светофоры, по центральному ряду проспекта – полосе движения, недоступной для простых смертных. На заднем сиденье автомобиля сидел благообразный седой человек. Это был маршал Советского Союза Сергей Соловский – один из наиболее влиятельных людей в Политбюро. За плечами Соловского была долгая и трудная жизнь. Прежде чем получить свой нынешний кабинет за кремлевской стеной, он много лет провел в Сибири – это было при Сталине, а потом вынужден был прозябать еще несколько лет в провинции – на этот раз из-за неуемной похоти Булганина, пытавшегося завести роман с женой Соловского – очаровательной молодой балериной. Вспоминая свое прошлое, Соловский всегда с гораздо большей теплотой говорил о Сибири – провинция вызывала в памяти маршала воспоминания детства, а он этого не любил.
Соловский зашел в свой кабинет – на массивном дубовом столе с витыми ножками лежал каталог проходившего в этом году в Женеве аукциона «Кристи». Рядом с каталогом – записка от председателя КГБ генерал-майора Бориса Соловского, брата и вместе с тем заклятого врага Сергея. Борис обращал внимание маршала на информацию, помещенную на пятнадцатой странице каталога: на аукционе был выставлен необработанный изумруд очень крупного размера и удивительной чистоты. Маршал снова перечитал записку Бориса:
«Хотя представленный на аукционе изумруд более чем в два раза меньше знаменитого изумруда Ивановых, у меня нет никаких сомнений, что это часть того же камня. Во всем мире не было подобных ему изумрудов. Я абсолютно уверен, что камень был разрезан по меньшей мере на две части и теперь будет выставлен на торгах. Вторая половина, скорее всего, появится через некоторое время, когда ценители забудут о камне, проданном на аукционе «Кристи» в этом году. Учитывая тот факт, что в прошлом году на торгах был выставлен бриллиант, по нашим предположениям, из того же источника, мы надеемся, что кто-то стал распродавать сокровища Ивановых. Наконец-то».
Сергей Соловский снова заглянул в каталог: интересно, кто владелец дивного изумруда? Увы, его имя не было указано – камень значился как «Достояние Леди». Сергей сел в кресло и задумался. Он хорошо понимал, что имеет в виду Борис. Шефа КГБ интересовали не столько миллиарды семьи Ивановых, лежавшие в швейцарских банках, сколько тот человек, который выставил на аукцион знаменитый изумруд. Борис вышел на след – теперь ему надо найти эту загадочную «Леди» и любой ценой доставить в Россию – пока хозяйку камня не нашли другие. Борис Соловский был лично заинтересован в успехе этой охоты.
Сергей пригладил седую шевелюру. В памяти старого маршала снова встала история семьи Ивановых. Да, это была его судьба… Маршал позвонил по внутреннему телефону своему секретарю и попросил соединить его с сыном, дипломатом Валентином Соловским.
Вашингтон
На секретное совещание в Белом Доме собрались шесть человек: сам Президент, госсекретарь, министр обороны, представитель управления по контролю над вооружениями и разоружению, директор ЦРУ и представитель Совета Национальной безопасности. На овальном столе перед каждым из них лежали экземпляры каталога аукциона «Кристи». С докладом выступал Кэл Уоррендер – высокий, красивый мужчина с волевым лицом. В свои тридцать восемь лет он успел сделать блестящую карьеру в Совете Национальной безопасности, ловко лавируя между Белым Домом и Госдепартаментом. И Президент, и госсекретарь прислушивались к его мнению – вот и сейчас оба внимательно слушали доклад Кэла.
Кэл рассказал собравшимся, что он был на женевском аукционе под видом профессионального скупщика драгоценностей и проконсультировался с лучшими экспертами, которые в один голос утверждали, что лот, выставленный на продажу, был частью знаменитого изумруда Ивановых.
– Изумруды – хрупкие камни, – говорил Кэл. – Те, кто решился разрезать изумруд Ивановых, шли на огромный риск. У них были все шансы остаться с кучей никому не нужного зеленого мусора. Только настоящий мастер мог взяться за такую работу. Во всем мире есть лишь трое ювелиров такого уровня: один из них живет в Амстердаме, другой – в Израиле, третий – в Бангкоке. Эти трое известны еще тем, что умеют держать язык за зубами – к ним часто обращаются с подобными деликатными просьбами. Стоит нам выяснить, кто из трех взялся за это дело – мы найдем и загадочную «Леди». Во всяком случае, начинать поиски надо с ювелира.
Кэл протянул Президенту выцветшую от времени фотографию – на ней была запечатлена молодая красавица с непонятной печалью в глазах. Ее голову украшала бриллиантовая диадема с огромным изумрудом посередине. Кэл объяснил, что этот снимок был сделан в 1909 г. в русской столице Санкт-Петербурге. Печальная красавица в диадеме – княгиня Аннушка Иванова в день своей свадьбы.
– Кем бы ни оказалась незнакомка, продавшая изумруд, – произнес Президент, – только она поможет нам найти ответ на вопрос, который мы пытаемся разрешить вот уже семьдесят лет. Если русские найдут эту женщину раньше – равновесие в мировой политике резко качнется в их сторону. Начинается серьезная игра, джентльмены. Чего бы это ни стоило – найдите эту «Леди».
Дюссельдорф
Высокий сухопарый блондин ходил из угла в угол своего просторного, обставленного по последней моде кабинета в здании Объединенной компании Арнхальдт. Эта фирма контролировала значительную часть мировой торговли оружием, металлами, сталью. В ее ведении были также многочисленные шахты, рудники. Еще со времен наполеоновских походов Арнхальдты считались крупнейшими поставщиками оружия. Они не гнушались ничем, без малейшего зазрения совести заключали контракты с представителями враждующих сторон. Беспринципность была залогом успеха Арнхальдтов – кто бы ни побеждал в той или иной кампании, они всегда оставались в выигрыше. Приходили и уходили императоры, полководцы, создавались и распадались империи – Арнхальдты уверенной поступью шли к мировому господству. Они никогда ни с кем не вступали в вооруженные конфликты – они просто торговали.
Ферди Арнхальдт замедлил шаг и выглянул в окно. Ему не было никакого дела до пейзажа, открывавшегося отсюда, с тридцатого этажа небоскреба Арнхальдтов. Все мысли его были поглощены лежавшим на столе каталогом аукциона «Кристи», раскрытым на пятнадцатой странице. Он прекрасно понимал, что владелец изумруда угрожал спокойствию и процветанию империи Арнхальдтов. И еще он понимал, что, стоит ему найти эту загадочную «Леди» – победа компании в конкурентной борьбе будет обеспечена. Ферди знал: ему надо любой ценой найти владелицу драгоценности. Найти и договориться с ней – иначе «Леди» найдут конкуренты, и тогда будет поздно.
Женева
Джини Риз поднялась по ступенькам к главному входу в отель «Ричмонд». Это была симпатичная двадцативосьмилетняя блондинка. Как-то раз ее мать, улыбнувшись, заметила: «Ах, Джини, если бы не твой большой нос, ты была бы писаной красавицей!» Вообще-то мать редко разговаривала с Джини. Она умерла несколько лет назад, и Джини часто думала, что, увидь мать ее сейчас, она могла бы порадоваться: черты лица Джини потеряли девичью грубость, нос уже не казался таким большим. Недоделки природы исправили волшебницы из салона красоты, придав волосам Джини нужный оттенок. Высокая, длинноногая, стильная, Джини Риз заставляла оглядываться многих мужчин. Впрочем, мечтам матери так и не суждено было осуществиться: Джини не стала кинозвездой – она работала репортером на американском телевидении.
Ее любимым коньком были репортажи о политической борьбе в Вашингтоне. И сейчас, сидя в Женеве, куда ее послали делать репортаж о заурядном в общем событии – аукционе «Кристи», Джини страшно злилась. Она собиралась снять отличный материал о выступлении президента на предприятиях нефтяной промышленности в Техасе – подняла кучу документов, порылась в архивах… Она была уверена в успехе – и тут продюсер вызвал ее к себе и доверительным тоном сообщил, что, поскольку она представительница прекрасного пола, а женщины, несомненно, разбираются в драгоценностях лучше, ей предстоит командировка в Женеву. Что касается поездки президента в Техас, то репортаж об этом продюсер поручил ее давнему сопернику Мику Лонгворту. Джини, обычно спокойная и сдержанная, не смогла совладать с собой.
– Да кому нужны эти драгоценные безделушки?! – в гневе воскликнула она. – Мало ли что там продают и покупают богачки в этой Европе!
– Как ни странно, кое-кому эти безделушки действительно нужны, – невозмутимо отреагировал продюсер. – Ходят слухи, что кое-какие камушки не дают спокойно спать великим мира сего и в Вашингтоне, и в Москве. – Предугадав следующий вопрос Джини, продюсер сказал, что не знает, почему именно на ней остановился выбор, но надо смириться и как можно скорее выехать в Швейцарию.
И вот, спустя три дня, Джини входила в женевский отель «Ричмонд», где проходил очередной ювелирный аукцион «Кристи». Приехавшие вместе с ней ребята из съемочной группы снимали покупателей – чопорных мужчин в строгих костюмах, изучавших каталоги, и высокомерных дам в нарядах от Шанель, горделиво поглядывавших на свои отражения в высоких зеркалах «Ричмонда» и передававших друг другу светские сплетни.
Съемки в отеле закончились, и теперь операторы снимали Джини у выхода из «Ричмонда» – она стояла на лестнице, свежий ветер с Женевского озера развевал ее белокурые волосы. То и дело оправляя их, Джини смотрела прямо в камеру и говорила:
– Сенсацией аукциона стало известие о том, что гвоздь программы – удивительный изумруд, проходивший в каталоге под названием «Достояние Леди», так и не был выставлен на торги. Еще задолго до их начала ходили слухи, что камень обойдется покупателю в кругленькую сумму семь миллионов долларов. Однако некто, пожелавший остаться неизвестным, смог договориться с владельцем изумруда еще до начала торгов. Знающие люди говорят, что за камень было выложено более девяти миллионов долларов. Такая сумма может показаться многим фантастической, но специалисты утверждают, что изумруд стоит этих денег. Он не имеет ни единого изъяна, что само по себе – величайшая редкость. Но самое удивительное не это. Ходят упорные слухи о том, что «Собственность Леди» – не что иное, как знаменитый изумруд, украшавший некогда диадему княгини Аннушки Ивановой, жены одного из самых богатых людей в царской России. Вернее, это не совсем тот изумруд – изумруд Ивановых был вдвое больше. В России насчитывалось около двухсот княжеских семей, и все они были весьма богаты. Но князь Михаил – Миша Иванов – превосходил своим несметным состоянием самого царя. В те далекие годы в Петербурге любили посплетничать о том, что император, отягощенный обширными имениями, роскошными дворцами и многочисленной челядью, часто не мог свести концы с концами и оказывался чуть ли не без наличных денег. С Мишей Ивановым такое никогда не случалось. К тому же у Миши было еще одно богатство – красавица-жена, которая ни в чем себе не отказывала. Стоило княгине Аннушке захотеть какую-нибудь побрякушку – пусть даже ценой в несколько имений – она без малейших колебаний распоряжалась купить для нее полюбившееся украшение. Лучшие парижские ювелиры считали за честь выполнить заказ княгини Аннушки.
– История знаменитого изумруда Ивановых такова, – продолжала Джини, не сводя глаз с камеры. – Этот камень был подарен одному из предков князя Михаила индийским махараджой во время путешествия князя по южным странам. Князь одарил махараджу роскошным золотым обеденным сервизом – он вел с индийским властителем переговоры о приобретении участка земли, где собирался заложить рудники. Иванов предполагал, что в этих местах ему удастся найти много минералов и цветных металлов. Махараджа решил не оставаться в долгу и преподнес князю этот огромный изумруд, вынув его из головного убора своего любимого… – Джини сделала небольшую паузу, улыбнулась своей ослепительной улыбкой и продолжила – Из головного убора своего любимого слона. Судя по всему, махараджа любил эту тварь куда больше, чем своих многочисленных жен. Князь Иванов по достоинству оценил подарок – ведь махараджа отнял драгоценность у своего любимца. Как бы то ни было, путешествие в Индию существенно пополнило богатства Ивановых. Прямыми потомками князя были игроки и моты, но при всей своей расточительности они так и не смогли протратить миллионы, доставшиеся им от их предприимчивого предка.
Впоследствии парижские ювелиры огранили этот гигантский изумруд и вставили его в роскошную диадему княгини Ивановой – вокруг зеленого камня сверкал двадцать один чистейший бриллиант, диадема была такой тяжелой, что красавица-княгиня страдала головными болями всякий раз, когда надевала ее, отправляясь на бал. Ивановы жили роскошно, и эта сказочная роскошь предполагала трагическую развязку. Революция не пощадила никого: сам князь был, как говорят, сожжен живьем в одном из своих поместий; княгиня пыталась бежать вместе с свекровью и двумя детьми – шестилетним Алексеем и трехлетней Ксенией. Увы, в зимнем лесу их настигла банда. Их зверски убили, а тела бросили на растерзание волкам. Богатейшая коллекция княгини, в том числе диадема с гигантским изумрудом, бесследно исчезла.
Итак, что же было продано на аукционе Кристи? Неужели частица этой дивной, похожей на старинную легенду истории? Говорят, многие государства заинтересованы поиском загадочной владелицы изумруда. Если это правда, то почему? Нам известно лишь одно: драгоценность продана без торгов. Кто купил ее? Русские? А может быть, американцы? Таинственный владелец – тот самый человек, который фигурирует в каталоге под именем «Леди». Тайна его имени гарантируется самыми солидными швейцарскими банками. Это единственный человек, могущий приоткрыть покров тайны над судьбой драгоценностей Ивановых, над судьбой всего их огромного состояния. Говорят, оно до сих пор хранится в банках и ежегодно приносит огромные проценты. Говорят, общая сумма накоплений составляет несколько миллиардов долларов. Но тайна богатства семьи Ивановых скрыта за семью печатями. Загадочная «Леди», разбогатевшая сегодня еще на девять миллионов долларов, столь же неуловима, как призрак легендарной княгини Аннушки Ивановой, да будет мир праху ее. Джини отложила микрофон:
– Все, ребята, на сегодня хватит, – проговорила она. – Отредактируем потом, сейчас приглашаю всех выпить. Я очень устала. Если бы вы только знали, как надоели мне все эти дурацкие сокровища и сплетни вокруг них! Я бы отдала полжизни, чтобы оказаться в любой дыре, а не торчать здесь!
Мэриленд
Старуха протянула тонкую, в голубой сетке вен руку к пульту дистанционного управления, выключила телевизор и снова откинулась на спинку огромного мягкого кресла. Наконец-то свершилось, подумала она. Столько лет она хранила эту тайну, столько лет боялась малейшим намеком выдать ее, и вот, в один прекрасный день, тайна перестала существовать. Она предупреждала их, говорила, что нельзя забывать о предосторожности. Увы, к ее советам никто не прислушался. Она знала, что они пошли на это ради нее – чтобы она ни в чем себе не отказывала. Они продали знаменитый изумруд Ивановых, потому что любили ее. Но разве просила она об этом? Разве в ее годы нужны роскошь и богатство? Старуха закашлялась, приложила к губам платок. Эта молодая тележурналистка, что стояла на ветру перед камерой, так спокойно говорила о судьбе каких-то Ивановых, словно те были пешками русской шахматной партии. Но это было далеко не так. Она-то знала, потому что была там сама. Она-то знала, что волнует сверхдержавы помимо миллионов. Они подбирались к тайне, разгадку которой знала только она да еще одна русская цыганка, много лет назад предсказавшая ей, какая ответственность выпадет на ее долю. Ответственность за судьбы мира.
Старуха открыла ящик маленького столика и достала изящную серебряную рамку, украшенную тонкой эмалью. Вверху рамки был изображен фамильный герб Ивановых – волчья голова, увенчанная сапфировой короной с бриллиантами и рубинами. Чуть ниже золотой вязью было начертано по-русски: «Истина и честь!». Старуха поднесла к глазам старую выцветшую фотографию князя Михаила Александровича Иванова, предки которого служили при дворах всех российских императоров, начиная с Петра Великого. Она вспомнила, как впервые увидела его. Это случилось в огромном вестибюле петербургского особняка. Она в нерешительности стояла у дверей, подавленная великолепием. И тут увидела на лестнице красивого высокого блондина, державшего на поводке огромного, янтарного цвета пса. Их взгляды встретились. О, Боже, сколько же лет прошло с того дня?! Или все это случилось только вчера?
Глубоко вздохнув, старуха положила фотографию обратно в ящик. За всю свою долгую и трудную жизнь она ни разу не решалась показать кому-нибудь этот старинный снимок. Мишино лицо – такое доброе и прекрасное – оставалось скрыто от посторонних взглядов на протяжении семи десятилетий.
Тогда она еще была Верити Байрон, но князь всегда звал ее Мисси. Когда он произносил своим бархатистым баритоном ее имя, у Мисси по коже пробегали мурашки. О, как она любила его в те годы! Как любит она его сейчас! Сейчас, на закате жизни, старая женщина жила одной-единственной надеждой: лишь бы не оказались обманчивыми все ее представления о загробной жизни, лишь бы встретиться с князем… Она не цеплялась за эту жизнь, ибо верила, что там, за ее порогом, вновь увидит своего возлюбленного, такого же молодого и полного сил, как в те годы. И она будет такой же юной, как тогда. Уже никто и ничто не сможет разлучить их, они будут соединены в вечности, и она сможет наконец рассказать ему, что случилось с ней за эти долгие годы, прожитые без Миши, она объяснит ему, как изо всех сил старалась выполнить данное обещание.
Но она знала, что еще не настало время для встречи: у старой женщины оставался на земле еще один долг. Она должна была рассказать обо всем тому единственному человеку, который по-настоящему любил ее и кто ради нее решился продать изумруд и поставил мир на грань катастрофы.
Мисси вспомнила ту ночь, когда закончилась ее прежняя жизнь и началась новая, совсем другая. Хотя с того времени прошли долгие годы, но ужас и чувство вины были остры, как тогда. Мисси гнала прочь от себя эти воспоминания, но они упрямо возвращались к ней, даже на старости лет лишая покоя.
Она хорошо знала: стоит ей закрыть глаза – страшная картина встанет перед ее взором во всех мельчайших подробностях. Эти видения посещали Мисси каждую ночь.
ГЛАВА 2
Россия, 1917 г.
Стояла темная, безлунная ночь. Мисси никогда не думала, что может быть так темно. Старые деревянные сани, запряженные тройкой лошадей, неслись в сторону леса. Сперва промелькнули белые стволы берез, и сани въехали в густой сосновый бор. Через некоторое время глаза Мисси привыкли к темноте, и она стала различать снег на ветках деревьев и маленькие кристаллики льда на прикрывавшей ее меховой полости.
Кони сами знали дорогу – князь часто ездил через лес, казавшийся с первого взгляда непроходимым. Путешественники молчали. Слышалось лишь мерное дыхание коней и скрип металлических полозьев по снегу. Впереди саней бежал любимец князя – борзой пес Виктор.
Мисси вспоминала вчерашний день, день, когда ей исполнилось восемнадцать лет. Варышня – родовое поместье князей Ивановых – была объята страхом. Миша смеялся, шутил, поднимал тосты, но Мисси прекрасно знала, чем заняты мысли князя. Все понимали, что это последний праздник в любимом доме. И что они последний раз вместе и больше никогда не увидят Барышню.
Почти все слуги куда-то пропали. Оставались лишь двое: шеф-повар и горничная Аннушки. Они были родом из Франции и считали себя выше политики – им не было дела до крестьянских восстаний, потрясших центральную Россию. Но вчера, вызвав верных слуг к себе в кабинет, Миша строгим голосом приказал им немедленно покинуть поместье, добраться до ближайшей железнодорожной станции и сесть на поезд, идущий в балтийский порт Ревель. Там они сядут на корабль и отправятся в Европу. Мисси наотрез отказалась ехать с ними. Во-первых, после смерти отца ничто не тянуло ее назад, в Англию, а во-вторых, она безумно любила князя Михаила. И вот сейчас она сидела в этих скрипучих санях, прикрывшись от ледяного ветра медвежьей полостью, и молила Бога о том, чтобы в кошмаре революции, захлестнувшей несчастную Россию, не погиб никто из ее близких. Больше всего боялась она за князя. Восставшие расправлялись с дворянами беспощадно.
Маленькая Ксения склонилась ей на плечо, и Мисси возблагодарила Бога за то, что девочка спит. Во сне она не будет испытывать леденящего страха. Было немного неудобно от того, что под тяжестью ребенка тяжелая диадема врезалась в ребра.
Княгиня Аннушка наотрез отказалась оставлять в имении сокровища. В спальне царил разгром: парижские туалеты и меха были разбросаны по полу, все шкафы раскрыты настежь. Старушка-няня – еще одна верная служанка – поспешно запихивала рубиновые кольца, сапфировые броши, бриллиантовые колье и жемчужные бусы за подкладки одежды. Даже в шерстяной передничек Ксении няня спрятала бриллианты. Аннушка остановилась в нерешительности – куда деть диадему? И тут ей в голову пришла замечательная идея: она разогнула края и опоясала ею осиную талию Мисси. Конечно! Ничего лучше и придумать нельзя! Когда много лет назад парижские ювелиры советовали князю Мише сделать диадему из платины, он все-таки выбрал червонное золото. И вот сейчас эта мягкая податливость желтого металла пришлась как нельзя кстати – диадема превратилась в драгоценный пояс.
Аннушка стянула края диадемы лентами и поправила одежду Мисси.
– Ну вот, – воскликнула она, – теперь ты хранительница самого дорогого нашего сокровища. Береги же его!
Княгиня была возбуждена, ее прекрасные глаза сверкали, как драгоценные камни, ее золотые кудри разметались по плечам, щеки пылали. Аннушка держалась молодцом, но Мисси прекрасно понимала, что она на грани отчаяния.
Аннушка села на край кровати. В спальню вбежал шестилетний Алексей и уткнулся в соболью шубку матери. Михаил считал, что для безопасности шубку надо оставить дома. Лучше одеться попроще, тогда мятежники – если, не дай Бог, они встретятся на пути – примут семью князя за крестьян.
– Пустяки, Миша, – произнесла Аннушка, прикалывая к плечу букетик свежих фиалок, специально для нее выращенных в варышнинской оранжерее. Она пристально посмотрела на мужа, улыбнулась какой-то странной улыбкой и продолжила: – И потом, неужели ты думаешь, что кто-то дерзнет поднять руку на жену одного из самых знатных людей в России?
Мисси прижала к себе Ксению. Она молила Бога, чтобы княгиня оказалась права, чтобы действительно никто не тронул их.
Тройку качнуло на пригорке, и мать князя Михаила – княгиня Софья – глубоко вздохнула. В лицо бил снег, и Мисси не смогла рассмотреть лицо престарелой княгини.
Софье Ивановой было семьдесят пять лет, но выглядела она значительна моложе. Да, в черных косах княгини с каждым годом становилось все больше седых волос, но по-прежнему стройным оставался ее стан, все так же ярко блестели огромные черные глаза, унаследованные от цыганских предков. Софья просила Мишу позволить ей остаться в Варышне – она так любила это поместье, куда впервые приехала пятьдесят пять лет назад, вскоре после венчания… В крайнем случае она готова была остаться в Петербурге, где на кладбище Александро-Невской лавры был похоронен ее муж, Мишин отец.
– Старая я, чтобы куда-то уезжать, Миша, – говорила Софья, кажется, впервые признав, что она уже немолода. – Я хочу остаться с тобой, а там – будь что будет.
Но Михаил уговорил мать ехать.
– Я остаюсь в поместье лишь для того, чтобы убедиться, что его не сожгут. Уверяю, маман, мне не угрожает никакая опасность. Через несколько недель мы встретимся в Крыму.
И Софья, и сам Михаил знали, что он не верит своим словам, но мать подчинилась желанию сына.
Снегопад усиливался, Мисси уже не видела даже стволы ближайших сосен, но кони уверенно бежали вперед.
Княгиня Софья нарушила молчание:
– Мы едем уже часа полтора, – проговорила она. – Наверное, скоро будем на станции Ивановское.
И тут путешественники услышали звуки ружейных выстрелов. Мисси успела только заметить, как, обливаясь кровью, упал кучер. Тяжелые сани перевернулись. Мисси и Ксению отбросило в сугроб в нескольких метрах от дороги. Мисси видела, как мучительно умирали кони – они громко хрипели, бились в судорогах. Вскоре все стихло.
Мисси в ужасе замерла, ожидая, что сейчас раздадутся новые выстрелы, которые принесут смерть самим путешественникам. Но выстрелов не было. Мисси подняла голову и осмотрелась: Аннушка лежала шагах в двадцати – даже сквозь вьюгу было видно, что она ранена: снег вокруг был залит кровью. Алексея и Софьи нигде не было видно.
Откуда-то из леса послышались грубые голоса: люди о чем-то спорили. Вскоре из-за деревьев вышли люди. Они несли зажженные факелы, и Мисси смогла рассмотреть их. Ужас охватил девушку – это были не казаки, не красноармейцы, а простые крестьяне – человек шесть. На них были тулупы и грубые валенки. В руках они сжимали винтовки и бутылки. Крестьяне были пьяны – запах перегара заглушал даже запах хвои.

Достояние леди - Адлер Элизабет => читать онлайн книгу далее

Комментарии к книге Достояние леди на этом сайте не предусмотрены.
Было бы прекрасно, чтобы книга Достояние леди автора Адлер Элизабет придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете порекомендовать книгу Достояние леди своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Адлер Элизабет - Достояние леди.
Возможно, что после прочтения книги Достояние леди вы захотите почитать и другие книги Адлер Элизабет. Для этого зайдите на страницу писателя Адлер Элизабет - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Достояние леди, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Адлер Элизабет, написавшего книгу Достояние леди, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Достояние леди; Адлер Элизабет, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно