ИСКУССТВО

ЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Холт Виктория

Алая мантия


 

На этой странице выложена электронная книга Алая мантия автора, которого зовут Холт Виктория. В электроннной библиотеке LitKafe.Ru можно скачать бесплатно книгу Алая мантия или читать онлайн книгу Холт Виктория - Алая мантия без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Алая мантия равен 291.13 KB

Алая мантия - Холт Виктория => скачать бесплатно электронную книгу



OCR: nathalte; Spellcheck Vallensya
«Мелисанда; Алая мантия: Романы»: Центрполиграф, Клуб XXI век; Москва; 1998
ISBN 5-227-00103-0, -8237-0007-5
Аннотация
В Андалусии должна состояться свадьба Исабельи де Арис и Доминго Каррамадино, хотя девушка любит младшего брата жениха Бласко. Однако свирепый английский пират похищает Исабелью и увозит к себе на родину. Исабелья, Бласко и Доминго встретятся вновь, но к тому времени многое изменится.
Виктория Холт
Алая мантия
В то время мог фанатик и дурак
Религией прикрыть злодейства мрак.
Джон Лэнгорн (1735–1779)
У нас вполне достаточно религии, чтобы заставить ненавидеть, но недостаточно, чтобы заставить любить друг друга.
Джонатан Свифт (1667–1745)
Если они одобряют личное мнение, то называют его мнением, а если нет, то именуют его ересью, и все же ересь не более чем личное мнение.
Томас Гоббс (1588–1679)
Часть первая
АНДАЛУСИЯ
Глава 1
Весна 1572 года
Сеньорита Исабелья де Арис сидела у окна, обмахиваясь веером. Рядом с ней стояли две дуэньи, Хуана и Мария. Они были явно обеспокоены – их юной хозяйке редко позволяли столько свободы.
– Откиньтесь на спинку стула, – велела Хуана.
– Неразумно, чтобы эти цыгане глазели на вас, – заявила Мария. – Кто знает, какие дурные мысли мо гут прийти им в голову!
В патио бил фонтан, в воздухе веял изысканный аромат цветов, а солнце сверкало на белых каменных плитках пола.
– Кто пустил цыган в патио? – продолжала ворчать Хуана. – Наверняка этот лентяй Томас! Пусть не думает, что это сойдет ему с рук! Дон Алонсо спросит с него, когда вернется домой.
– Перестань, Хуана, – сказала Исабелья. – Они просто хотят показать нам свои танцы – почему бы и нет?
– Они просто хотят вытянуть золото у нас из карманов!
– Нужно же им на что-то жить, – заметила Исабелья.
Хуана покачала головой, глядя на Марию. Их молодая хозяйка росла своенравной. Хорошо, что скоро у нее появится муж, который поставит ее на место!
Исабелья часто делалась раздражительной, проводя долгие дни за persianas; она больше не находила удовольствия в рукоделии; даже роскошная напрестольная пелена с вышитыми голубым шелком и золотом изображениями святых перестала ее радовать.
– Я устала… устала сидеть здесь… день идет за днем, а ничего не происходит, – говорила Исабелья.
– А что должно происходить с дочерью испанского гранда, донья Исабелья? – спрашивали у нее.
– Очевидно, ничего, – отвечала она. – Дочь гранда встает рано, читает молитвы, слушает мессу – нет, не в церкви! Ей такого не позволяют, это чересчур рискованно! Она слушает мессу в домашней часовне, которую отделяют от ее комнаты только коридор и несколько ступенек, а потом учит уроки и вышивает. Что еще ей остается делать?
– А вы бы хотели, чтобы она бродила повсюду, словно крестьянка или цыганка?
– Иногда я им завидую, особенно цыганкам, этим босоногим плясуньям.
Ошарашенные дуэньи обменивались взглядами и качали головой. Исабелье и в самом деле пора замуж. Ей шестнадцать, она уже достаточно взрослая и наверняка стремится сменить жизнь юной сеньориты, которую старательно и назойливо воспитывают, на жизнь жены и матери.
Исабелью уже не удовлетворяло сидение у окна и разглядывание патио и садов, укрытых от палящего солнца пальмовыми листьями; ее не радовали красота апельсиновых деревьев, воздух, напоенный тонким ароматом цветов, виноград, созревающий на белой почве, верхние слои которой ветер сдувает на грозди ягод, делая вино из окрестностей Хереса самым лучшим в мире. Она хотела выйти из дома, смешаться с людьми, идущими по дороге, смотреть на бродячих торговцев и цыган, приходящих из Севильи и Кордовы, из Малаги, Гранады и Кадиса.
А сейчас цыгане танцевали в патио, и в отсутствие хозяина и хозяйки дома донья Исабелья заявляла, что их танцы ее развлекают.
– Кто может поручиться, что они не грабители? – проворчала Хуана. – Вы видите ножи у них за поясом?
– Все цыгане носят ножи, – ответила Исабелья. – Я видела, как они идут по дороге. У каждого мужчины есть faja. Что, если ему придется защищаться во время долгого пути?
Хуана и Мария выразительно передернули плечами и воздели глаза к небесам.
Исабелья склонилась вперед, разглядывая молодую девушку, выделявшуюся среди остальных цыганских танцоров. Несмотря на рваную красную юбку и блузку с дырой, из которой высовывалось смуглое плечо, она держалась с необычайным достоинством. У нее были черные как смоль волосы, стройные и длинные загорелые ноги, в огромных глазах сверкало любопытство, а в ушах покачивались, задевая плечи, большие кольца.
Девушка явно стремилась привлечь к себе внимание. Она заметила в окне Исабелью, которая, встретившись взглядом с цыганкой, увидела какой-то призыв в ее блестящих темных глазах. Дело было не только в нескольких песетах – она просила о чем-то еще.
Мужчина схватил девушку за руку, и она повернулась, чтобы занять место среди танцующих фанданго. Но цыганка сделала это с очевидной неохотой и снова обернулась, взглядом ища Исабелью.
Ни Хуана, ни Мария не обратили внимания на молодую танцовщицу, Исабелья была этому рада. Она пыталась отыскать девушку в танцующей толпе, но та была слишком мала, чтобы ее можно было легко заметить. Исабелья внимательно следила за чувственными движениями танцоров. Вскоре она разглядела цыганскую девушку, которая прикидывалась равнодушной к пытающимся поймать ее мужчинам, но внезапно сверкнула ослепительно белыми зубами и, оставив притворство, энергично включилась в игру, заключавшуюся в преследовании, поимке и подчинении.
Музыка становилась все громче, но внезапно лютни двух цыган умолкли. Танцоры застыли, словно какой-то цыганский бог обратил их в камень в наивысший момент игры. Несколько секунд в патио царила полная тишина. Сердце Исабельи забилось сильнее – жаркое солнце, за пах цветов, словно высеченные из камня фигуры танцоров неожиданно обрели для нее новое значение.
Движение возобновилось так же внезапно, как и прекратилось. Цыганочка прыгнула вперед, посмотрела на окно, возле которого сидела Исабелья, и снова начала танцевать. На сей раз это была медленная фаррака. Девушка подражала позам и жестам матадора. Ее гибкое тело раскачивалось из стороны в сторону; фигуры вокруг нее все еще оставались неподвижными. Силой вдохновения цыганка привносила в патио страстное возбуждение корриды. Исабелья смотрела как зачарованная. На ее глазах девушка сражалась с быком, чудом избежала гибели, одержала победу и торжествовала, словно размахивая алой мулетой и слыша приветственные крики зрителей.
– Браво! Браво! – закричала Исабелья, порываясь вперед.
Но бдительные Хуана и Мария вовремя удержали ее, а к девушке в патио присоединился мужчина. Началось фламенко – быстрый танец, названный так потому, что напоминал поведение солдат, возвращавшихся с фламандских войн. Шумный и свободный, он изображал буйные выходки солдат, занятых грабежом. Исабелья понимала, что мужчина сердит на девушку, – во время танца он рез ко схватил ее, но она столь же резко вырвалась. Музыканты играли все живее и громче, а люди начали хлопать в ладоши. Цыганка вынула из кармана юбки кастаньеты и защелкала ими в такт музыке.
Девушка больше не подчинялась мужчине, продолжая вырываться из его рук, – казалось, они оба намеренно приводят себя в неистовство. Внезапно из толпы шагнул вперед другой цыган с огромным ножом за поясом и присоединился к танцорам, щелкая пальцами перед лицом своего более молодого товарища. В следующую секунду танцевала уже вся толпа, и девушка затерялась среди быстро вертящихся тел.
Хуана подошла к окну и бросила деньги.
– Теперь уходите, – велела она цыганам. – Сеньорита устала. В кухне вам дадут поесть.
Танцоры быстро подобрали деньги, и патио вскоре опустел – от необычной сцены не осталось ничего, кроме солнечного света и запаха цветов.
Уходя, цыгане призвали благословение на дом, где с ними обошлись столь великодушно. Исабелья тщетно искала глазами девушку, чей танец произвел на нее та кое сильное впечатление.
Она отвернулась от окна.
Наверняка Хуана и Мария сочтут своим долгом рассказать о ее поведении родителям, когда те вернутся, и ей не избежать нравоучений.
Исабелья пожала плечами. Ей уже недолго жить в этом доме. Она переедет в поместье несколькими милями южнее Севильи, по дороге на Херес-де-ла-Фронтера, и станет навещать родителей уже в качестве замужней женщины. У нее будет больше свободы, когда она вый дет замуж за Бласко или за Доминго. Интересно, за кого из них? Доминго старше, но с Бласко она дружила с детства. Исабелья часто говорила с родителями о Бласко. Они знали о ее чувствах, и так как очень любили дочь, то, наверное, пожелают, чтобы она была счастлива…
Исабелья вот уже несколько лет не виделась с Бланко и Доминго. Старшие в обеих семьях считали, что раз она должна выйти замуж за одного из молодых людей, то им не следует проводить время вместе. Пять лет назад Исабелья прекратила посещать поместье Каррамадино, и хотя сеньор Грегорио и сеньора Тереса Каррамадино часто навещали ее семью, они всегда приезжали одни, а когда родители Исабельи ездили в поместье под Севильей, как сегодня, они не брали с собой дочь.
Думают ли о ней Доминго и Бласко так же часто, как она о них? Помнят ли они игры, в которые играли с ней в детстве? Уже тогда Бласко был куда храбрее Доминго и куда больше походил на мужчину, хотя и был младшим из двух братьев. Доминго был на два года старше Бласко, а Бласко – на два года старше Исабельи. При встрече Бласко всегда целовал ей руку, а когда он поднимал голову, его черные глаза смотрели на нее так, что они оба чувствовали себя гораздо взрослее, а присутствие Доминго сразу становилось незаметным. В отличие от Бласко, Доминго тогда не помышлял о браке – он говорил, что хочет стать священником. Зато Бласко все время болтал о приключениях, о Кортесе и Перу, об удивительных открытиях, которые он собирался сделать во славу Испании, и о сокровищах, которые он привезет, чтобы разделить их с королем Филиппом. Часто Исабелья спрашивала себя, что произошло бы, если бы им с Бласко разрешили продолжать встречаться.
Не слишком ли много она думает об этих мальчишках? Хотя о чем еще ей думать?
Какой резкий контраст между свободной жизнью цыганской девушки и уединенным существованием знатной сеньориты! Исабелья ощутила протест. Все из-за цыган! Хуана и Мария были правы: ей не следовало смотреть на танцы. Это были не просто танцы – они как бы воплощали образ жизни исполнителей.
Работая над напрестольной пеленой, Исабелья была удовлетворена жизнью. Она знала, что скоро выйдет замуж, и думала о том, как волновал ее Бласко, и как она радовалась, ускользнув с ним от серьезного Доминго. Неужели цыганскую девушку тоже заставят выйти замуж за того, кого выберут для нее родители? Чушь! Такую девушку ни к чему нельзя принудить. Исабелья припомнила, как сверкнули зубы цыганки, когда молодой человек шагнул вперед, чтобы потанцевать с ней.
Исабелья часто думала о своей будущей жизни в доме Каррамадино. Постепенно она примет у доньи Тересы бразды правления и станет хозяйкой. Если ее заставят выйти замуж за Доминго, Бласко все равно будет рядом…
Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вбежала Мария.
– Беда! – крикнула она. – Томас спустился в погреб за вином, и посмотрите, кого он там обнаружил! Хуана, приведи ее, пусть донья Исабелья увидит, что может случиться, когда цыган пускают в дом!
Исабелья встала, и напрестольная пелена упала на пол. Вошла Хуана, волоча за собой цыганскую девушку.
Затаив дыхание, Исабелья шагнула вперед. Она наступила на пелену, но не замечала этого – не замечала ничего, кроме смуглой девушки, которая при виде ее вырвалась из рук Хуаны и бросилась к ее ногам.
– Что это значит? – осведомилась Исабелья.
– Она вернулась, чтобы ограбить дом, – ответила Хуана.
Цыганка бросила на нее взгляд полный ненависти.
– Ты лжешь! – выкрикнула она.
– Тогда зачем ты вернулась? – спросила Исабелья.
– Я не вернулась. Я не уходила.
– Значит, ты спряталась в погребе, когда ушли остальные?
Девушка улыбнулась, сверкнув белыми крепкими зубами:
– Это было нетрудно. Их не занимало ничего, кроме еды и выпивки. – Ее губы скривились с отвращением. – Собаки! – Она щелкнула пальцами.
– Но ведь они твои родственники, – заметила Исабелья. – Они вернутся, чтобы забрать тебя.
– Вы можете заплатить им за меня. Они будут довольны.
– Эта девушка не должна находиться в присутствии доньи Исабельи, – заявила Мария. – Уведи ее, Хуана.
Темные глаза цыганки сердито сверкнули.
– Я хочу поговорить с сеньоритой, – сказала она.
– Ты попала в беду? – допытывалась Исабелья.
Девушка кивнула.
– Оставьте нас вдвоем, – велела Исабелья служанкам.
– Вы с ума сошли, донья Исабелья! Девчонка может убить вас!
Цыганка подняла юбки и вынула нож, который носи ла под юбками на поясе. Хуана и Мария отпрянули. Но девушка протянула им нож:
– Вот. Я не могу повредить сеньорите.
Мария нерешительно взяла нож. Это был такой же faja, как у мужчин-цыган.
– Я ношу нож для защиты. – Девушка опустила взгляд. – Сеньорита, позвольте мне поговорить с вами наедине.
– Вам не следует это делать, донья Исабелья, – вмешалась Хуана.
– Я поговорю с девушкой, – отрезала Исабелья. – Я вижу, что она хочет что-то сообщить мне. Она пыталась это сделать, когда танцевала в патио.
Цыганка улыбнулась, а дуэньи посмотрели одна на другую.
– Подождите за дверью, – велела им Исабелья. – Если вы мне понадобитесь, я вас позову.
Дуэньи колебались, но, видя решительность молодой хозяйки и понимая, что она уже не ребенок и в отсутствие родителей распоряжается в доме, послушно удалились.
Исабелья повернулась к девушке.
– Как тебя зовут? – спросила она.
– Бьянка, сеньорита.
– Почему ты это сделала, Бьянка?
– Я хочу жить в доме, как сеньорита. Я больше не хочу быть цыганкой. Мне хочется спать под крышей и умываться у насоса; хочется быть чистой, носить красивую одежду и прислуживать вам до конца дней. Я увидела вас в окне и решила стать вашей служанкой, поэтому, танцуя, пыталась вам показать, что бросаю цыган.
– Но ты не сможешь жить в доме. Цыгане так не делают – они хотят быть свободными. Ты должна догнать их, Бьянка, пока они не ушли слишком далеко.
Бьянка топнула по полу босой коричневой ногой и покачала головой:
– Я буду вашей служанкой.
– Но у меня уже есть служанки.
Девушка снова сверкнула зубами в ослепительной улыбке.
– Таких, как Бьянка, у вас никогда не будет.
– Почему ты хочешь жить в четырех стенах и спать под крышей?
– Потому что я боюсь Перо.
– Человека, с которым ты танцевала?
Бьянка кивнула; ее глаза сузились.
– Я ненавижу Перо, но если я вернусь к своему народу, меня насильно выдадут за него. Он всегда следит за мной, пытается застать меня одну… В один прекрасный день… в одну ночь ему это удастся, и он насильно сделает меня своей женой. Перо будет бить меня, как собаку, а когда захочет любви, скажет «поди сюда», но потом я снова стану для него собакой. Я не хочу быть женой Перо!
– Но он вернется и станет искать тебя здесь.
– Нет. Он не поверит, что я осталась в доме.
– Бьянка, я не хозяйка этого дома.
– Правда? – Темные глаза девушки удивленно рас ширились. В них мелькнул страх. – Значит, хозяйка… одна из тех ворон?
– Их зовут донья Мария и донья Хуана, – сурово по правила Исабелья. – Нет, хозяева здесь – мои родители, которые уехали на один день.
– И они не вернутся до завтра? Тогда я останусь у вас на ночь и докажу, какой я буду хорошей служанкой, а когда они вернутся, вы попросите их, чтобы меня оста вили здесь.
– В таких домах, как наш, дела не делаются подобным образом, Бьянка.
– Но мы все уладим! – Девушка снова упала к ногам Исабельи, схватила ее руку и покрыла поцелуями. – Позвольте мне остаться, сеньорита! Иначе мне придется голодать или Перо разыщет меня. Неужели я должна стать собакой Перо?
Большие глаза смотрели умоляюще, овальное личико выражало то горе, то надежду.
Подумав о грубом цыганском парне, Исабелья внезапно ощутила желание оставить у себя девушку, которая знала о жизни больше, чем ей когда-либо суждено узнать, бродячую цыганку, которой захотелось спать ночью под крышей. Поэтому она поступила так, как не по смела бы поступить еще вчера.
– Ты можешь остаться на ночь, – разрешила Исабелья.
Исабелья лежала в постели и смотрела в окно на звезды. В эту ночь она не могла заснуть. Бьянка осталась в соседней комнате. Мария настояла на том, чтобы запереть дверь.
– Мы отвечаем за вас. Я и подумать не в силах о том, что скажут ваши отец и мать, когда вернутся. Цыганка в доме! Откуда мы знаем, какие злые умыслы таятся у нее в голове?
«В самом деле, откуда?» – спросила себя Исабелья. Она знала лишь то, что хочет оставить у себя Бьянку, что у нее поднялось настроение, когда дверь распахнулась и цыганку ввели в комнату.
Теперь Исабелья думала о минувшем вечере, когда Бьянка пошла к насосу и умылась, повизгивая от прикосновения холодной воды. Слава Богу, у нее не было вшей. Девушка явно гордилась своими волосами – она аккуратно их расчесала и вставила в них цветок, который принесла из патио. Несмотря на тряпье, в которое была одета цыганка, она выглядела необычайно хорошенькой.
– Тебе нужна другая одежда, Бьянка, – сказала ей Исабелья. – Ты не можешь оставаться в доме одетой как цыганка.
«Я приодену ее, – думала Исабелья, – а отец и мать подумают, что это просто новая служанка. Если я собираюсь замуж, то мне все равно придется избавиться от дуэний и обзавестись горничной. Почему же ею не может быть Бьянка?»
Исабелья хотела узнать побольше о тех чувствах, которые проявляла Бьянка во время танца. Конечно. Конечно, она может научить девушку, как нужно вести себя в доме знатного сеньора, но Бьянка в состоянии научить ее куда большему.
Поэтому Исабелья нарядила девушку в темное платье служанки. Бьянка выглядела в нем странно с болтающимися в ушах кольцами, но она отказалась с ними расстаться и не пожелала обуть босые смуглые ноги. Цыганка положила кастаньеты в карман нового платья, но Мария ответила категорическим отказом на ее просьбу вернуть нож.
Девушка вскинула голову и рассмеялась.
– В большом доме он мне не понадобится, – сказа ла она. – Ножи хороши для цыганского табора.
Вечером они немного поболтали, но это было нелегко, так как Исабелья говорила на кастильском наречии, а Бьянка – на цыганском жаргоне. Тем не менее, они понимали друг друга.
– Как только я вошла в патио и увидела в окне сеньориту, сразу поняла, что пришла домой, – сказала Бьянка. – Это мой дом, а вы – моя хозяйка, и я больше не буду свободной, как раньше. Тот, кто любит, не может быть свободен, а я люблю мою хозяйку и буду защищать ее сердцем, душой и телом.
– Ты преувеличиваешь, – улыбнулась Исабелья.
– Нет-нет! В ваших глазах я увидела просьбу о по мощи. Вы, сеньорита, нуждаетесь в Бьянке, а Бьянка нуждается в вас из-за Перо. Любовь начинается там, где люди нуждаются друг в друге.
– Когда вернутся мои родители…
– То они скажут: «Какая хорошая служанка у нашей дочери».
«Бьянке скоро придется уйти, – думала Исабелья, – так как мои родители ни за что не позволят ей остаться».
Она повернулась в постели, продолжая думать о цыганке.
На следующий день сеньор Алонсо и сеньора Марина де Арис вернулись домой. Исабелья стояла в холле возле колонны, на которой были высечены арабские надписи, и встретила родителей с приличествующими случаю церемониями.
Отец сдержанно поцеловал ее, а мать нежно обняла. Рядом с Исабельей стояли Хуана и Мария.
– Твоя мать и я рады видеть тебя снова, дочка, – сказал дон Алонсо, положив ей руку на плечо. – Пойдем с нами – мы выпьем по стакану вина, так как устали с дороги. – Он обернулся к дуэньям: – Мы побудем одни с дочерью.
Дон Алонсо направился в маленькую комнату, увешанную шелковыми гобеленами, которые изображали триумфы великого императора Карла, отца короля Филиппа. Хотя было утро, и жара еще не наступила, шторы были опущены, почти не пропуская дневной свет.
Исабелья знала, что скажут ей родители, но в их присутствии она вновь стала робкой девочкой, какой была до появления Бьянки.
– Мы долго советовались с нашими друзьями, сеньором и сеньорой Каррамадино, – начал ее отец. – У нас есть новости для тебя, дочка, и мы уверены, что они будут приятны тебе так же, как нам. Поместье Каррамадино просто превосходно. Никогда еще я не видел таких маслин и такого винограда. Они богаты и знатны – во всей Андалусии не найти семейства, которое может предложить большее молодой сеньорите.
Видя, что мать наблюдает за ней, Исабелья кивнула:
– Да, отец.
– Ты хорошая девочка, – продолжал дон Алонсо, – и редко давала твоей матери и мне повод для огорчений. Ты знаешь, какое горе нам причиняло то, что у нас не было сыновей. Все наши надежды заключались в тебе, дочка. Теперь ты выросла, и тебе пришло время выходить замуж. Можно ли подобрать для тебя лучшую партию, чем один из Каррамадино?
– Ты не кажешься удивленной, Исабелья, – заметила донья Марина. – Значит, ты догадывалась о цели нашей поездки?
– Да, матушка, догадывалась.
– Вот почему ты выглядишь такой довольной, – промолвил дон Алонсо. – Дитя мое, сеньор и сеньора Каррамадино не меньше жаждут породниться с нами, как и мы с ними. Доминго просил твоей руки.
– Доминго! – Имя сорвалось у Исабельи с губ, хотя она изо всех сил старалась сдержать возглас. – Доминго, отец?
– Старший сын в благородном семействе. Когда-нибудь он разделит отцовское поместье со своим братом, но большая его часть отойдет к старшему. Мы будем счастливы видеть тебя, дочка, хозяйкой прекрасных и обширных земель.
Родители ждали от нее выражения радости и признательности. Но Исабелья была расстроена. Ей предназначен в мужья серьезный Доминго, от которого они с Бласко старались спрятаться подальше. Ведь она с детства любила Бласко!
– Ну, Исабелья? – поторопила ее мать.
– Если таково ваше желание, мне нечего возразить, – медленно произнесла Исабелья.
В ее голосе слышалась обреченность, а в глазах застыло отчаяние.
Дон Алонсо отвернулся от нее. Если она собиралась протестовать, у него не было желания выслушивать протесты. Он не мог ронять свое достоинство, давая дочери объяснения, – это дело женщины. Пусть мать объясняет, просит, вынуждает, если возникнет необходимость.
Он вышел, оставив жену наедине с дочерью.
– Дитя мое, – заговорила донья Марина, – мне кажется, ты не осознаешь, насколько тебе повезло.
– Я знаю, матушка, что породниться с Каррамадино – большая удача. Но когда их мальчики бывали здесь, а я гостила у них, моим другом был Бласко.
– Бласко – младший сын, дочка. Твой отец не позволил бы тебе, его наследнице, выйти замуж за младшего сына. Как бы там ни было, прошло много времени с тех пор, как ты видела Доминго и Бласко. То, что в детстве тебе нравился Бласко, не означает, что он понравится тебе и теперь.
– Неужели он… так изменился? Донья Марина покачала головой:
– Не могу поверить, что это говорит моя дочь. Твоего отца огорчило отсутствие благодарности за все, что он для тебя сделал.
– Я вовсе не неблагодарная. Я понимаю, что отец желает мне добра и считает, что мне лучше выйти за Доминго, так как он старший сын.
– Ну, тогда будь счастлива, дорогая, и радуйся своей удаче. Какое прекрасное поместье! Какой великолепный дом! К тому же ты будешь жить неподалеку от нас. Я бы не вынесла долгой разлуки. Мне всегда хотелось, чтобы ты была рядом, – ведь ты наше единственное дитя.
– Когда свадьба, матушка?
Донья Марина улыбнулась:
– Ты уже думаешь о свадьбе? Обещаю, что мы устроим такую свадьбу, какой еще не было в этих краях. Это будет fiesta для всех соседей.
– Матушка, а что сказал Доминго?
– Доминго вне себя от радости. Он помнит тебя так же хорошо, как ты его, и говорит, что никогда не переставал о тебе думать и с нетерпением ждал того времени, пока мы сочтем тебя достаточно взрослой для брака.
– А Бласко?
– Бласко рад удаче брата.
Исабелья ощутила слезы у себя на щеках. Донья Марина обеспокоенно смотрела на дочь. Внезапно Исабелья бросилась в объятия матери и разрыдалась.
– Ну-ну, моя ninja. Твоя мать здесь – она не позволит обидеть тебя. Тебе не о чем волноваться. Тебя ждет счастье. Ты выйдешь замуж, но будешь жить не далеко от родного дома. Вот почему мы с твоим отцом так рады.
– Я боюсь, матушка! Доминго… он такой серьезный. Он никогда не смеялся вместе с нами.
– Мужчина должен быть серьезным, девочка. Это означает, что он будет хорошим мужем. Если мужчина так легко начинает смеяться в обществе одной женщины, он скоро начнет делать это и при других. Я понимаю, что Бласко очаровал тебя своим весельем, но, поверь, мы рады, что ты выйдешь замуж за Доминго, не только потому, что он старший сын и наследник отцовского состояния.
– Но, матушка, ведь сердцу не прикажешь. Мы любим человека не за его добродетели, а за то, что он та кой, какой есть.
– И ты была готова влюбиться в Бласко? Ты знала, что когда-нибудь выйдешь замуж за одного из братьев Каррамадино, и говорила себе: «Хорошо, я буду женой Бласко».
Исабелья молчала – она понимала, что ей придется выйти замуж за Доминго. Как может девушка противиться родительской воле? У нее было счастливое детство, отец и мать любили и баловали свое единственное дитя, но в этом доме, как и в других знатных домах Испании, существовал нерушимый закон: строгое подчинение дочерей родителям.
Исабелья вспомнила о Бьянке, и это почему-то придало ей смелости. «Когда я перееду в дом мужа, – подумала она, – Бьянка останется со мной. От нее я узнаю, чего мне следует ожидать от моего брака».
Исабелья повернулась к матери, и донья Марина с радостью увидела, что она выглядит спокойной.
– Матушка, вчера к нам приходили цыгане показать свои танцы. Когда они ушли, одна из них – бедная девушка, чуть моложе меня, – спряталась в доме и попросила, чтобы я взяла ее себе в служанки.
– Дитя мое!
– Пожалуйста, матушка, сделайте это для меня! Она так меня умоляла. Ей было плохо с цыганами: один из них угрожал ей. Девушка попросила остаться и провела прошлую ночь в нашем доме.
– От цыганки в доме не жди ничего хорошего.
– Тогда я избавлюсь от нее, но до тех пор можно она останется при мне?
– Странная просьба. Я спрошу у твоего отца, но уверена, что он не разрешит держать в доме цыганку. Другим слугам это не понравится. И вообще, почему Хуана и Мария позволили тебе смотреть цыганские танцы?
– Не ругайте их – я сама настояла на этом. Мне так хочется помочь девушке. Если с ней случится что-то плохое, я всю жизнь буду помнить, что не смогла ей помочь, когда она в этом нуждалась!
– Очевидно, она наплела тебе с три короба. Цыганки – известные лгуньи.
– Не думаю, матушка, что она лжет. Если Бьянка останется со мной, то поможет мне приготовиться к свадьбе. Я могла бы взять ее в дом мужа как мою личную горничную. Я бы всему ее обучила. Она одних лет со мной, и мне было бы не так одиноко…
Губы Исабельи дрогнули, а глаза наполнились слезами.
– Вижу, ты твердо вознамерилась помочь этой девушке, – быстро сказала донья Марина. – Я поговорю с твоим отцом. Конечно, это странная просьба, но он всегда был к тебе снисходителен и старался исполнять все твои желания. – Она покачала головой. – Но не думаю, что ему придется по душе цыганка в доме. Впрочем, если я скажу, что тебе нужна еще одна служанка, которая поможет приготовиться к свадьбе, возможно, он согласится.
Исабелья снова обняла мать. «Для родителей я все еще ребенок, – подумала она. – Они просят меня не противиться браку с Доминго и в благодарность за повиновение позволят мне оставить Бьянку».
Бьянка скакала верхом в сторону Севильи вместе с Хуаном, одним из конюхов. Они везли от сеньора Алонсо де Ариса сеньору Грегорио Каррамадино послание насчет свадьбы, которая теперь казалась делом решенным. Бьянка сидела в дамском седле, напевая цыганскую песню, будоража чувства Хуана. Она была довольна новой жизнью. Приятно быть служанкой знатной сеньориты – тем более такой, как донья Исабелья. Единствен но, чего опасалась Бьянка, покидая дом, это встречи с цыганами, которые узнают ее и расскажут Перо или его друзьям о том, что с ней произошло.
При мысли о Перо Бьянка щелкнула пальцами. «Болван! – думала она. – Надеялся завладеть мною силой! У него ручищи как у обезьяны, а ум – как у слепого червяка, роющегося в земле!»
Бьянка считала, что вправе требовать к себе уважения, как доверенная служанка сеньориты Исабельи. Она будет жить в доме, носить красивую одежду и очаровывать всех мужчин. Цыганская страстность сочеталась в ее натуре с цыганской гордостью и чувством собственного достоинства.
В годы странствий, когда днем ей приходилось попрошайничать, а ночи проводить у костра, Бьянка и помыслить не могла, чтобы подчиниться такому, как Перо, даже если он воспользуется своей грубой силой и сделает ее матерью своего ребенка.
Нет! Она будет свободной как от цыганских законов, так и от законов Испании. Она не станет рабой мужчины. Бьянка подарит свою любовь тому, кого выберет сама!
Когда она впервые увидела этот красивый дом с его сияющими на солнце стенами, то сразу полюбила его. Как чудесно пахли цветы в патио! Как приятно было стоять на ярком солнце, чувствовать, как вода из фон тана стекает по пальцам, и думать о том, что происходит за persianas, не пропускающими внутрь слепящий дневной свет! А потом штора поднялась, и она увидела сеньориту с мягкими глазами и красивыми темными волосами, поблескивающими под мантильей; ее рука на фоне черного шелка платья казалась смуглой цыганке белой, как алебастр…
Должно быть, Перо уже далеко отсюда. Он никогда ее не найдет. С каждым днем она становилась все ближе к молодой сеньорите, с каждым днем узнавала что-то новое для себя. А теперь, когда Исабелья выйдет замуж, она поедет с ней в новый дом и будет жить в огромном поместье Каррамадино, куда теперь скачет вместе с Хуаном.
Бедный Хуан, он тоже мечтает о ней! Это забавляло Бьянку. Неужели он думает, что его мечты сбудутся? Пусть себе мечтает – Хуан не Перо, его нечего опасаться.
Они подъехали к сверкающему на солнце Гвадалквивиру, и Хуан показал Бьянке корабли. Он гордился ими, как всякий испанец, ибо они приносили победы его стране. Конечно, невежественные цыгане ничего не знают о подобных вещах, но Бьянка так тянулась к знаниям!
Она ехала верхом рядом с Хуаном и слушала его рассказы об испанских галеонах, плавающих по всему миру, привозящих несметные сокровища и завоевывающих новые империи для великого короля Филиппа. Неужели, спрашивал Хуан, ока никогда не видела процессий на улицах больших городов в честь возвратившихся искателей приключений? Когда-нибудь он возьмет ее с собой в Гранаду, Севилью или Кордову, и она увидит рабов, которых привозят из заморских владений.
– Ты очень добр к бедной цыганке, Хуан.
– О Бьянка, для такой бедной цыганки, как ты, я готов на все!
– Пожалуйста, не забывай, что я больше не бедная цыганская девушка, а личная служанка доньи Исабельи, мой бедный Хуан. Это куда лучше участи бедного конюха. Расчесывать волосы сеньорите – занятие более благородное, чем ухаживать за лошадьми.
– Ты права, Бьянка, – уныло проронил Хуан.
– Тогда постарайся это запомнить.
Унизив несчастного Хуана, как она унижала всех робких, Бьянка выбросила его из головы и продолжала мечтать.
В доме, куда она едет в первый раз, ей предстоит провести всю жизнь. Бьянка слышала, что ранее это был дворец мавританских королей. Когда последних мавров изгнали из Гранады, а короля Боабдила отправили в Африку, Каррамадино завладели его дворцом и окружающими его плодородными виноградниками, превратившись в результате в одно из богатейших семейств Андалусии. Именно поэтому отец доньи Исабельи так хотел выдать ее замуж за старшего сына хозяина старого мавританского дворца, который теперь станет ее домом.
Они приближались к поместью. Бьянка смотрела на расстилающиеся перед ней виноградники. Река блестела на ярком солнце, хотя по-настоящему жаркое долгое лето еще не наступило.
При виде дворца Бьянка затаила дыхание. В солнечном свете он казался золотым мавританским храмом. Ей не терпелось попасть туда. Исабелья поручила ей повидать Доминго и рассказать, как он выглядит.
В сумке, привязанной к ее спине, лежал вышитый шарф – подарок Исабельи донье Тересе. Но Бьянка не сомневалась, что ее подлинная цель заключается не в том, чтобы доставить подарок, а в том, чтобы разведать все для своей хозяйки.
Они подъехали к воротам высокого дворца, который господствовал над местностью. Двое конюхов вышли им навстречу. Они обменялись приветствиями с Хуаном и улыбнулись Бьянке, которая позволила им помочь ей спешиться. Ее ничуть не удивило, что конюхи отталкивали один другого ради этой чести, – так и должно быть.
Бьянка наградила конюхов милостивым взглядом и сказала:
– Пожалуйста, проводите меня к сеньоре Тересе Каррамадино.
Конюхи были готовы оказать все почести служанке доньи Исабельи, которой вскоре предстояло стать их хозяйкой. Впрочем, судя по их возбужденно блестящим глазам, они были бы рады приветствовать Бьянку, даже если бы она не являлась горничной их будущей госпожи. Хуан привез подарки и письма хозяину дома, но внимание конюхов было приковано к девушке.
Бьянку провели в приемный зал, похожий на тот, который она теперь считала своим, но куда больше и величавее. В зале было прохладно, а резьба на мраморных колоннах казалась более искусной, чем в доме ее хозяйки. Слуги, провожавшие Бьянку к донье Тересе, с подозрением смотрели на большие медные кольца у нее в ушах, на ее смуглую кожу, иссиня-черные волосы, босые ноги и свойственную цыганкам вольную походку. Что за странные слуги работают в доме их будущей хозяйки, думали они.
Впрочем, красота девушки не осталась ими незамеченной, чем Бьянка была вполне удовлетворена.
Зато донья Тереса не испытывала удовлетворения. Она слышала о Бьянке от доньи Марины: добросердечную Исабелью тронула печальная история цыганки, и ей разрешили оставить девушку при себе в качестве служанки. При виде Бьянки донья Тереса сразу же решила, что в ее доме она не задержится. Такая девушка способна причинить большие неприятности. В ней не ощущалось приличествующего слугам почтения: цыганка вызывающе вскидывала голову, а ее гибкие движения, очевидно врожденные и, стало быть, неискоренимые, – могли вызвать смятение среди слуг-мужчин.
Поэтому донья Тереса оказала служанке Исабельи весьма холодный прием.
Сеньора приняла шарф и попросила Бьянку обождать, пока она напишет письмо.
Бьянка проводила время ожидания, разглядывая комнату. Пол был устлан коврами, а узоры на драпировках были более искусными, чем ей когда-либо приходилось видеть. На гобеленах изображены великие Фердинанд и Изабелла, в богатых мантиях, попирающие головы побежденных мавров. Все пышно и великолепно, но Бьянка, в свою очередь, сразу невзлюбила гордую женщину, чьи чувства по отношению к ней она безошибочно угадала. В этом доме у нее будет враг.
– Возьми это и передай донье Исабелье, – послышались слова. Белая рука, усыпанная дорогими кольцами, положила записку на маленький столик, словно опасаясь коснуться смуглой руки Бьянки.

Алая мантия - Холт Виктория => читать онлайн книгу далее

Комментарии к книге Алая мантия на этом сайте не предусмотрены.
Было бы прекрасно, чтобы книга Алая мантия автора Холт Виктория придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете порекомендовать книгу Алая мантия своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Холт Виктория - Алая мантия.
Возможно, что после прочтения книги Алая мантия вы захотите почитать и другие книги Холт Виктория. Для этого зайдите на страницу писателя Холт Виктория - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Алая мантия, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Холт Виктория, написавшего книгу Алая мантия, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Алая мантия; Холт Виктория, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно